А что он понял? Ну, неважно. Я киваю, выдохнув облегченно, планируя подняться, но он внезапно наваливается на меня своим мощным телом.
– Что это? – спрашиваю сильно удивленно, раздвинув ноги. Он лег между них, и ему даже не мешает моя длинная юбка. И мне в низ живота упирается что-то твердое.
– Что?
– Упирается.
– Ты про член? – в его голосе тоже появляется немного удивления.
– Ты мог бы не произносит это слово? – мигом краснею.
Я как обоженная.
Как вареный рак.
– Что за слово?
– На букву ч…
Даня молчит и моргает несколько минут, думая, что сказать.
– Окей. – неуверенно переводит он тему, скривив уголок рта в усмешке.
– Спасибо...
– Машка, у тебя очень красивая грудь. – шепчет он, но я замечаю, что его губы все еще дрожат от сдерживаемой усмешки.
– Да... – киваю я. – Спасибо… Да… Спасибо…
Я убираю волосы со лба, и чувствую, что он у меня влажный от волнения. По-моему, у меня вообще температура.
Баха наклоняется, уткнувшись мне носом в шею. Вдыхает, чувственно задевая кожу губами, порождая рой мурашек. Нет, он опять не целует, а слегка касается...
А как же… поцелуи?
– Нет, ты ничего не понял, – пытаюсь его оттолкнуть.
– Нет, я понял, – настаивает он. – Все понял. Сейчас посильнее расслаблю тебя.
Он цепляет край юбки рукой и ласково ведет по ноге ладонью, также оставляя следы горячих мурашек на коже.
– Что там? Чулки? – наклоняется, чтобы посмотреть, но я одергиваю его руку.
– Не надо... Пожалуйста...
– Цц. Ладно, – недовольно сжимает губы, продолжая вести руку. Доходит до белья и заводит за него пальцы.
– А! – выкрикиваю я, как ошпаренная.
– Ты готова, – удивляется Баха спокойно. – А сказала, что не готова…
Я только открываю и закрываю рот, силясь вдохнуть, постанываю что-то, а потом отталкиваю его, пытаясь сомкнуть колени, хотя у меня это не получается, потому что он все еще на мне. Даня убирает руку и смотрит непонимающе на меня. А я от одного его касания чуть не сгорела...
– Я... Я другое имела в виду!
У меня лицо сейчас сгорит от смущения. Зачем он это делает? И чего смотрит так пристально?
– Что? – не понимает он, приподнимая пальцы из-под моей юбки и показывает мне.
Сама невозмутимость.
Я закрываю стыдливо глаза и прикусываю язык до крови.
– Совсем не это.
– Я не понимаю.
Наконец-то он понял, что ничего не понимает. И чего спорил?!
Открываю глаза и облизываю медленно губы.
– Отпусти меня! – прошу с вызовом. – Мне домой надо! Срочно!
– Блять. – все, что говорит, прежде чем встать с меня. – Да что не так?
Все не так.
Но я не знаю, как объяснить. Просто. Все не так…
Совершенно не так.
И неловко жуть.
И стыдно.
И сердце сейчас выскочит из груди.
И задыхаюсь.
– Просто мне задали много! – поднимаю с пола свой лифчик и рубашку. – Очень много работы! Я об этом думаю все время! О курсовой!
Когда я одеваюсь, кошусь с горечью на Баху. Он просто недовольно смотрит на меня в ответ. У него мило взлохмачены волосы на затылке, и я не могу сдержать нежную улыбку.
– Тебе смешно? – у него грубый голос и он немного приподнимает брови.
Парень правда выглядит сейчас таким напрягшимся, все его мы мышцы напряжены, включая желваки на скулах и жесткую линию челюсти, а это злое выражение на его лице, оно сейчас смешит меня.
– Нет, что ты, – снова вру. – Я просто подумала…
– Что?
– Это было так плохо? Это все… – качаю головой, прикусываю губу стыдливо, указывая на кровать. И картинка произошедшего мелькает в голове, вновь и вновь вызывая жгучую волну стыда, смывающего следы улыбки с моего лица. – Между нами...
Мне становится страшно, что он больше не захочет меня. Я корю себя, что у меня не получилось, что я так стеснительна и напряжена. Но я застегиваю рубашку до самого горла, и не думая продолжать.
– Точнее и не скажешь. – он отворачивается, его кадык при этом дергается, я замечаю, как он с силой сжимает челюсти.
Он безумно недоволен. А мне очень неприятно.
– Я пойду, – подхожу к стулу и беру свою сумку трясущейся рукой.
– Я подвезу, – говорит Баха, быстро натягивая на себя свитер.
– Не нужно…
– Нужно. – смотрит на меня диким взглядом.
– Ладно. – неуверенно соглашаюсь, иду к выходу. – Я буду ждать на улице, Дань...
Но Баха сразу идет следом, захватив со стола ключи от машины.
А я просто хотела отдышаться.
Придти в себя...
Пока едем, я так и не дышу толком. Сжимаю дрожащие руки, держа их на коленях. Баха косится на меня мрачно, но молчит.
Когда подъезжаем к дому, я не могу не спросить: