— Я вроде не говорил, что влюблен.
— Так и есть, ты не использовал именно слово «влюблен», однако перечислил почти все признаки влюбленности.
— Будто тебе известно что-нибудь об этом, — возражаю я, представляя, что делает Джуд, пока разговаривает со мной. Возможно, он и мой босс, но я не доверяю этому парню. Однажды я узнал, что какая-то шлюха сосала ему в то время, как мы обсуждали моих умерших родителей. Это просто мерзко, если хотите знать моё мнение… хотяяяя… я как-то сам ответил во время секса. Ну, когда позвонил Роб с просьбой приехать сюда. В тот момент стоило отправить его на голосовую почту.
Но тогда мы с Брук никогда бы не встретились.
— Я был влюблен семь раз, придурок. А ты сколько? О, точно — ни разу. Или, если считать Бренду, один.
— Брук, мужик. Ее зовут Брук. Запомни, пожалуйста.
— Тащи свою задницу обратно, пока не разрушил девчонке жизнь. Оставь ее в покое, бро. У тебя хронические проблемы со свиданиями. Не навязывай бедной девочке свое дерьмо, ей и своего хватает.
— Говорит мудак, который предположительно влюблялся «семь раз», — изображаю кавычки пальцами, хотя единственный человек, который видит это — соседка, вызвавшая службу отлова бездомных животных. Натянуто улыбаюсь ей, и она с раздражением отворачивается. — И затем бросил всех семерых девушек, в которых был влюблен.
— Вот именно. Потому что я полностью отдаю себе отчет, что являюсь засранцем. Думаю, отчасти тебе хочется верить, что ты — какой-то хороший парень. Но посмотри фактам в лицо, Зэйден: ты — мудак. Ты, конечно, улыбчивый и много шутишь, но все равно очередной хрен из Лас-Вегаса без денег и кондо, которое ты в действительности не можешь себе позволить.
Я закатываю глаза и делаю последнюю затяжку, докуривая мою особенную сигарету до фильтра. Бросаю окурок на крыльцо и тушу его ботинком, а затем наклоняюсь, чтобы подобрать его. И ежу понятно, что если я оставлю его здесь, то одна из собак или кто-то из мелких засранцев скорее всего съест окурок. Это было бы моей удачей, не так ли?
— Я звонил тебе за советом, бро, но… это не то, что сейчас происходит. Похоже, ты пользуешься ситуацией, только чтобы поражать надо мной.
— Тебе просто не нравятся мои слова, — возражает мне Джуд. Я слышу, как звякает дверной колокольчик и в след за ним раздаётся сладкий хор хихикающих туристок. Это вызывает небольшую тоску по дому. — Послушай, мне пора. Я увижу тебя в четверг или как?
— Скорее в пятницу. Дай мне чертов день передохнуть с дороги.
— Передавай привет голой киске от меня, — шутит Джуд со смехом, прямо перед тем, как включает свой шарм на полную и начинает болтать с девушками в салоне. — Пирсинг клитора? Вероятно, вы имеете в виду горизонтальный или вертикальный пирсинг клиторального капюшона, о которых я был бы рад рассказать вам подробнее. Мы требуем депозит в размере пятидесяти долларов за консультацию по анатомии…
Закатываю глаза и завершаю разговор с этим идиотом. Он, как известно, оставляет звонки незавершенными в довольно неловких ситуациях. Например, когда у него на линии висела бабушка, он начал умолять свою тогдашнюю девушку поглубже заглотить его член. Ох, Джуд. Если я — занудный придурок, то этот парень — членоголовый мудак. В нем нет ничего милого или очаровательного.
— Дядя Зэй?
Подпрыгиваю от неожиданности и роняю свой телефон… наблюдая, как на экране расползается паутина из трещин.
Ну, приехали.
Полагаю, придется заменить его, когда вернусь в Вегас.
— Что случилось, милая? — спрашиваю, поднимая телефон с крыльца и выпрямляюсь, мечтая, чтобы Брук оказалась здесь. А затем задаюсь вопросом, что она задумала. Это утро было каким-то странным, но я чувствовал, что мы оба поняли друг друга, понимаете? Будто все чувства, которые у нас имелись друг к другу просто… короче, ничего не получится.
Провожу пальцами по волосам, глядя вниз на Беллу.
— Ты можешь пойти попрыгать с нами на батуте? Это весело, только когда ты делаешь это вместе с нами.
Улыбаюсь и протягиваю руку, чтобы ущипнуть ее за щечку. Белла морщит свое личико, отталкивает меня, потом поворачивается и бежит прямиком к раздвижной стеклянной двери с очаровательным детским ликованием — пока не обнаруживает, что они закрыты, и со всей дури так врезается в них, что ее отбрасывает обратно на кухню.
Блядь.
Ну, это не очень хорошо, конечно.