Прижимаю руку к груди и сдавленно выдыхаю. Физически больно дышать рядом с ним. Смотрю на ничего непонимающее лицо и чувствую, как он далек от меня даже сейчас. И вообще, наверное, приехал лишь потому, что ему не хватает завтраков!
Он выдерживает паузу, пока я стараюсь отдышаться от того потока гнева. что вылился из меня.
Молчит! Ну ты глянь на него! Просто бесит!
Тяжело вздохнув, отворачиваюсь и складываю руки на груди, злобно вперяясь в окно.
—Успокоилась?
Да как же меня это бесит! Успокоилась или не успокоилась! Этот вопрос повисает в воздухе бетонной плитой и придавливает меня ею!
—Давай спокойно. Выпьем кофе, я все расскажу. Обсудим сложившуюся ситуацию со всех сторон.
Со всех сторон? У нас есть стороны? Если подразумевается еще и что-то хорошее в этой ситуации, то я просто двину его по роже!
Выдыхаем!
Так, мне надо забрать лишь документы, часть вещей. Дальше он идет в свободное плавание. А я в свое плавание.
Мы тормозим у ресторана. Он у нас единственный в городе приличный для Леона. И где же, как не в нем пить кофе в самом-то деле?
Молча выхожу из машины и оступаюсь, подвернув ногу. Спазм боли стягивает стопу, и быстро сходит на нет. Прекрасно!
Это ли не знак?
Прямо булыжник в голову прилетел.
Как истинный джентльмен, Леон открывает мне дверь и терпеливо ждет, пока я зайду. Момент с неудачным выходом из машины или проморгал, или не посчитал нужным заметить.
Садимся на самый первый попавшийся столик и то лишь потому, что я кладу сумку на стол. И тут же перевожу внимательный взгляд на Леона, который втягивает с силой воздух и в праведном гневе смотрит на злосчастную сумку.
Конечно, это провокация с моей стороны.
—Что? Бесит, да? Меня тоже. Бесишь.
***
Леон не единожды делал мне замечание по поводу сумок на столах. Я вымуштровала саму себя до болезненных импульсов, всякий раз рождавшихся при собственных ошибках. Вот и сейчас слежу за тем, как искры гнева рождаются на безмятежном лице.
Он хочет мне что-то сказать, но вместо этого проглатывает мою колкость. Да что ты? Неужели? А что сдохло в лесу, что он просто впитал эту ситуацию?
Потрясенно всматриваюсь в мужчину, которым подменили Леона, и сажусь за стол. Мне помогает усесться официант. Сумка перекочевывает на соседний стул, потому что выпад уже кажется неуместным.
—Ты делаешь из меня какое-то чудовище, что мне совершенно не понятно, — переводит на меня изучающий взгляд и складывает руки замком перед собой. В каком-то смысле я вообще не понимаю, что происходит.
—Давай сразу к делу. Меня волнует, почему мы здесь сегодня собрались. Помимо моих вещей, разумеется, которые ты и правда мог бы отправить почтой, чтобы не обременять себя моими проблемами.
Я не договариваю до конца, но так и просится сказать, “которые ты так не любишь решать”.
Леон сдержанно ухмыляется и склоняет голову, рассматривая меня с особым вниманием. Словно ему и правда есть до этого дело.
Не помню, чтобы он хоть раз так уж и любовался мною за последний год. Пожалуй, даже меняющиеся прически не замечал, что и говорить о чем-то большем. Какие-то уж совсем странные подозрения рождаются внутри и пугают меня до чертиков. Уж не приехал ли он, чтобы помириться?
Или ему что-то нужно? Например, сопровождение на важную встречу со старым семейным компаньоном, который не приемлет разводов и быстрой смены партнеров?
Я помню одного такого, меня тогда и правда потащили на скучный вечер, где жены толстоусов обсуждали неведомые картины за несколько десятков тысяч долларов.
Ничего более удручающего со мной не случалось ни до, ни после.
Леон не глядя в меню, заказывает мясо средней прожарки, салат и безалкогольный коктейль.
—Для двоих, — добавляет в конце, чем вводит меня в ступор. Я не планировала тут сидеть и разглагольствовать с ним. Максимум кофе и на кислород, но теперь это полноценный ужин.
—Я не хочу есть.
—Ты бледная, явно голодна после рабочего дня
—Когда тебя стало это волновать?
—Валь, если я каждую минуту не кричу о своих чувствах к тебе, это не значит, что мне на тебя все равно.
Вот это поворот. Замираю и чувствую, как внутренности медленно холодеют. Мне все меньше нравится этот разговор. Вернее, он мне вообще не нравится!
—Тебе не кажется, что говорить об этом сейчас слегка поздно? — выдавливаю из себя вежливое, беззвучно постукивая пальцами по столу. На Леона не смотрю, мне все кажется, что он захватит меня в плен своим педантичным взглядом и прочитает все тайны.
—Почему? Мы поругались, но мы и до всего ругались, потом мирились. Ничего страшного не случилось, по правде говоря. Недоразумение. Как человек бизнеса, могу сказать тебе, что и не такие проблемы решаются коммуникацией. Я дал тебе время остыть, и как мужчина приехал решать вопрос.