Он с силой удерживает меня возле стены, перехватив руки своими.
—Так что в этот раз править балом буду я. Как умею и без оглядки на моральные ценности. Добро пожаловать в сказку, принцесса, — целомудренно целует меня в губы, и я понимаю, что он не пьян.
Вернее, он явно пил, но не столько, чтобы валяться у меня под дверью.
Он уходит и прикрывает за собой дверь,а я стекаю на пол в прострации.
Его точка зрения приобрела вербальную форму.
Обещание как угроза.
ГЛАВА 9
ВАЛЯ
Остаток дня проходит спокойно, если это все вообще можно описать одним словом. Спокойно — это без Юры, а вот гладко ли? Нет. У меня в голове все еще вращается эта ситуация, где я совершенно точно потерялась в руках брата лучшей подруги.
Спокойно. Спокойно, девочка.
Ты же знаешь, что делать? Игнорировать, да! Просто игнорировать. Трясущимися руками пытаюсь переодеться, чтобы поехать куда-то развеяться. В маленьком городе особо пойти и некуда, но я найду.
Что угодно, лишь бы дома не сидеть, к примеру. А еще ночевать можно у родителей на даче. Вообще пожить там можно до начала учебки, да? Ты пытаешься сбежать от него, Валя? Серьезно? Есть что-то, что может тебя испугать?
Я думала, что нет, а потом случился Юра Шолохов.
Втянув поглубже горячий воздух, я выхожу из дома, с опаской посматривая по сторонам, как будто кто-то меня сейчас ловить будет и насиловать.
Очень смешно, да? Да, очень.
Но стоит мне в свете затухающего летнего солнышка увидеть свою машину, как ноги врастают в раскаленный асфальт, а дыхание перекрывается.
Ведь моя машина полностью обклеена прокладками.
Очуметь.
Я, конечно, не долго думаю и иду расчищать это безобразие, но злость берет адская. Чертовски четко понимаю, кто бы это мог сделать, ведь подобно безобразие атрибут исключительно женской мести.
Не имеющей никакого смысла, потому что уж я точно не виновата в том, что Шолохов бросил какую-то девчонку, которая, очевидно, не может пережить этого факта спокойно.
А что дальше? Обольет краской? Эта машина стоит целое состояние, и если потерю кольца я могу пережить, то ее точно нет, ведь я планирую часть денег отдать бывшему.
Это будет честно, и потом мне никто и слова не скажет поперек.
В конце концов он доложил именно ту сумму, которую я собираюсь ему отдать.
Вне себя от пульсирующей в венах злости я трачу ровно полчаса на то, чтобы расчистить машину и протереть стекла, покрытые остатками клейкой основы.
—Идиотка! Сказочная!
В принципе, это описание подходит как мне, так и девчонке, натворившей такие дела.
Собрав все в кулек, бросаю в багажник и выдыхаю, устало поглядев на часы.
Стрелка неумолимо двигается к восьми вечера, и, наверное, в этом городе можно отдохнуть даже в такое время.
Я не планирую идти в клуб, так в кафе посидеть, поесть что-то исключительно вредное для фигуры и пойти домой рыдать по своей никчемной жизни.
Припарковавшись у знакомого здания, захожу внутрь и ловлю знакомую атмосферу.
Когда-то здесь я проводила все время после пар, а иногда и вместо них.
Не всегда была же пай-девочкой.
Каришка такая же.
В рок-кафе сегодня многолюдного, на сцене молодежная группа, вероятно, кавер. Свободных столиков не вижу, а потому ловлю официанта, и тот, о чудо, находит мне место, практически в самом дальнем углу.
Но я и не планирую выделяться из толпы.
Эх, если бы я только знала, чем все обернется.
Когда ко мне подходит официант принять заказ, я четко понимаю, что пить ничего не буду. Домой не поеду, к родителям ехать минут сорок на дачу. И надо бы предупредить, да? Волноваться будут. Лучше спонтанно.
—Мне безалкогольный мохито и что-то сладкое. Ваше коронное, — заказ официанту диктую под крик толпы, ведь группа начинает разогрев аудитории.
Мне всегда нравилась живая музыка, и к року я не была равнодушна, а потому когда заиграла “Нирвана”, радость уже не продиралась сквозь бетон несмелым росточком, она спокойно расправляла побеги.
Спустя минут пять мне приносят мохито, кусок торта “Наполеон” с клубникой на верхушке и…записку, сложенную в несколько слоев.
Я хмурюсь, а вот официант, мягко улыбнувшись, наклоняется ко мне и поясняет:
—Просили передать вам. А еще вот, — с подноса он кладет на стол дорогущее шампанское. Что самое смешное, именно его я и люблю больше всего.
—Извините, но отнесите это назад, я не буду, можете забрать себе, — отнекиваюсь от подарка, но записку разворачиваю.