Выбрать главу

Ем молча. Смотрю в окно. На голые деревья. На серое небо. Пытаюсь не слушать.

Но голос Вики слишком громкий. Прорезает шум столовой. Она говорит так, чтобы все слышали. Специально.

Она подходит к своим подругам. Садится так, чтобы быть в центре столовой. Говорит громко:

— Видели, как Чернов на Ковалеву смотрит?

Я замираю. Ложка застывает на полпути ко рту.

Её подруги хихикают. Смотрят в мою сторону.

Вика продолжает, ещё громче:

— Она думает, он в неё влюбился?

Смех за их столом.

Я сжимаю вилку. Металл врезается в ладонь.

Лена наклоняется ко мне. Шепчет:

— Не обращай внимания.

— Сложно не обращать.

— Она специально. Хочет, чтобы ты сорвалась.

— У неё получается.

— Алина, не надо. Просто доешь и пойдём.

Я смотрю в тарелку. Красный борщ. Белая сметана.

Но Вика не останавливается:

— Я слышала, он её домой проводил.

Пауза. Она ждёт реакции.

Её подруга спрашивает:

— Он правда её проводил?

Вика кивает:

— Конечно. Мне Настя рассказала. Видела их вместе. Ночью.

— И что?

— А то. Интересно, что они там делали?

Подруги хихикают. Одна говорит:

— Ну, Вик, ты же понимаешь что.

— Вот именно. А она тут строит из себя неприступную.

Смех усиливается.

Кровь стучит в висках. Руки дрожат.

Я встаю.

Стул скрипит по полу.

Лена хватает меня за руку:

— Алина, не надо.

— Пусти.

— Ты только хуже сделаешь.

— Мне всё равно.

— Нет, не всё равно. Сядь. Пожалуйста.

— Я не могу это слушать.

— Тогда уйдём. Просто встанем и уйдём. Но не подходи к ней.

Я вырываю руку. Иду к их столу.

Столовая затихает. Постепенно. Разговоры обрываются.

Останавливаюсь у стола Вики. Смотрю на неё сверху вниз.

— Повтори.

Вика поднимает взгляд. Улыбается. Ядовито.

— Что именно, Ковалева? У меня тут было много интересного.

Она встаёт. Медленно. Мы лицом к лицу.

— То, что ты только что сказала. Про меня и Максима. Повтори мне в лицо.

Вика наклоняет голову. Изучает меня. Улыбка становится шире.

— А что тебе повторить? Что Чернов на тебя смотрит? Или что ты думаешь, он на тебя запал?

— Ты не знаешь, о чём говоришь.

— Не знаю? Вся школа видела, как он на тебя пялится. Как защищает. Думаешь, ты особенная?

— Я не думаю, что я особенная.

— Тогда зачем так нервничаешь? Если между вами ничего нет?

Толпа вокруг нас сгущается. Все смотрят.

Я молчу. Сердце колотится.

Вика делает паузу. Потом:

— Или тебе сказать правду? Что ты не первая, кого он провожает?

Её подруги смеются. Кто-то за моей спиной тоже.

— Заткнись.

Голос срывается. Злой.

Вика смеётся громче:

— А что, правда глаза колет?

Она делает шаг ближе. Смотрит мне в глаза.

— Ты думаешь, ты особенная? Что он увидел в тебе что-то такое?

Пауза.

— Он так со всеми. Это его стиль, Ковалева. Сыграть защитника. Провести до дома. А потом...

Она не договаривает. Пожимает плечами. Усмехается.

— А потом что? — срывается у меня.

— А потом бросить. Когда надоешь.

Её подруги поддакивают. Одна говорит:

— Помнишь Аню из десятого?

Другая:

— Или Катю?

Вика кивает:

— Вот именно. Их тоже провожал. Защищал. А где они теперь?

Я сжимаю кулаки. Кровь приливает к лицу.

— Ты вообще не знаешь, о чём говоришь.

— Не знаю? — Вика смеётся. — Вся школа знает, какой Чернов. Ты одна думаешь, что он другой с тобой.

— Я так не думаю.

— Тогда почему ты такая злая? — Вика наклоняется ближе. Голос становится тише, но все слышат:

— Потому что понимаешь, что я права? Что он использует тебя? Что когда ему надоешь, он выкинет тебя, как всех остальных?

Я открываю рот. Хочу ответить.

Но голос за моей спиной:

— Вика.

Все замолкают.

Абсолютная тишина. Даже звон посуды прекращается.

Вика бледнеет. Улыбка исчезает. Глаза расширяются.

Я оборачиваюсь.

Максим стоит в дверях столовой.

Чёрная куртка. Руки в карманах. Лицо каменное.

Смотрит на Вику. Холодно.

Он входит. Медленно. Шаги гулкие в тишине.

Толпа расступается.

Максим подходит. Останавливается рядом со мной.

Не смотрит на меня. Смотрит на Вику.

Тишина давит.

Максим говорит. Тихо:

— Ещё раз услышу—

Пауза.

Вика пытается улыбнуться. Голос дрожит:

— Макс, я просто... мы тут так, пошутили...

— Ещё раз услышу, как ты говоришь про неё.

Вика бледнеет ещё сильнее:

— Я не... я не хотела...

— Ещё раз, — голос Максима становится жёстче, — будешь разговаривать со мной. Понятно?

Вика кивает. Быстро. Судорожно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍