Вспоминаю крышу.
Наше место. О котором почти никто не знает.
Иду к техническому корпусу. Поднимаюсь по ступенькам. Узким. Бетонным.
Дверь на крышу приоткрыта.
Он здесь.
Выхожу на крышу.
Ветер бьёт в лицо. Холодный. Резкий.
Вижу его.
Сидит на краю. Ноги свисают над пропастью.
Руки на коленях. Смотрит вниз. На город.
Сажусь рядом. Оставляю немного места между нами.
Ноги свисают рядом с его. Над пустотой.
Город внизу. Огни зажигаются. Сумерки.
Потом он говорит. Тихо:
— Я не хотел, чтобы так вышло.
Смотрю на него. Профиль резкий. Челюсть напряжена.
— Я знаю, — говорю я.
Молчание.
— Кирилл был прав, — продолжает он. — Я меняюсь.
— Это плохо?
Максим поворачивается. Смотрит на меня.
— Не знаю.
Пауза.
— Раньше мне было всё равно, — говорит он. — На всё. На людей. На то, что они думают. На то, что будет завтра.
Смотрит снова на город.
— Теперь — нет.
— Почему?
Он молчит. Долго. Потом:
— Потому что есть ты.
Сердце сжимается.
— Раньше я мог просто уйти, — продолжает он. — Забить. Не думать. А теперь думаю. О тебе. О том, что ты подумаешь. О том, как ты на меня посмотришь.
Пауза.
— И это меняет меня.
Я медленно кладу руку на его. Осторожно. Поверх.
Максим смотрит на наши руки. Долго. Не двигается.
Потом на моё лицо.
— Мне страшно, — говорит он тихо.
Впервые я слышу это от него.
Максим. Который бил людей. Который стоял один против всех. Который никогда не показывал слабость.
Говорит: "Мне страшно".
— Чего ты боишься? — спрашиваю я.
Он смотрит мне в глаза.
— Что я всё испорчу. Что сделаю что-то не то. Что ты поймёшь, кто я на самом деле, и уйдёшь.
Пауза.
— Что останусь один. Совсем один.
Я сжимаю его руку.
— Мне тоже страшно, — говорю я.
Максим смотрит на меня.
— Почему?
— Потому что я не знаю, что будет дальше. Потому что все говорят, что ты опасен. Что я должна держаться подальше.
Пауза.
— Но я не могу.
Он смотрит на меня долго.
— Почему?
— Потому что когда я с тобой, всё остальное не важно. Кирилл. Слухи. Школа. Всё.
Максим поворачивается ко мне. Полностью. Лицо близко.
— Ты не должна выбирать меня, — говорит он тихо. — Я сломаю тебя.
— Может быть.
— Алина...
— Но это мой выбор, — перебиваю я. — Не твой. Мой.
Он смотрит на меня. Ветер развевает его волосы.
— Ты уверена?
— Нет, — отвечаю честно. — Но я всё равно здесь.
Максим сжимает мою руку. Крепко. Не отпускает.
— Ты не понимаешь, — говорит он. — Я потерял Кирилла. Артёма. Всех. Ты — всё, что у меня осталось.
Пауза.
— И если я потеряю тебя...
Он не заканчивает. Смотрит вниз. На город.
— Ты меня не потеряешь, — говорю я.
— Ты не можешь это обещать.
— Могу.
— Нет. Ты не знаешь, что будет. Что сделает мой отец. Что я сделаю. Ты не знаешь.
Я поворачиваюсь к нему. Беру его лицо ладонями. Поворачиваю к себе.
Он смотрит на меня. Глаза серые. Усталые.
— Послушай меня, — говорю я. — Я не знаю, что будет завтра. Не знаю, что сделает твой отец. Или ты. Или я.
Пауза.
— Но сейчас я здесь. С тобой. И это единственное, что важно.
Максим закрывает глаза. Секунду. Две.
Потом открывает.
— Ты слишком хорошая для меня.
— Ты не знаешь, какая я.
— Знаю. Ты не такая, как я. Ты не сломанная.
— Все сломанные, Максим. Просто по-разному.
Он почти улыбается. Горько.
— Может быть.
Я отпускаю его лицо. Беру его руку снова.
Мы сидим на крыше. Держимся за руки.
Город внизу. Огни горят. Яркие. Далёкие.
Ветер холодный. Но рядом с ним теплее.
Тишина между нами. Но не тяжёлая. Просто тихая.
Максим сжимает мою руку. Не отпускает.
— Спасибо, — говорит он.
— За что?
— За то, что пришла. За то, что не ушла.
Я смотрю на него.
— Я никуда не уйду.
— Не обещай.
— Поздно. Уже обещала.
Максим смотрит на меня. Долго.
Потом наклоняется. Целует меня.
Коротко. Нежно. Не как в прошлый раз — не злобно, не отчаянно.
По-другому. Мягче. Теплее.
Отстраняется. Смотрит мне в глаза.
— Я не знаю, как это делать, — говорит он тихо.
— Что?
— Быть с кем-то. Нормально. Не ломать всё.
— Я тоже не знаю.
— Тогда будем учиться вместе.
Я киваю.
— Вместе.
Мы сидим на крыше ещё долго.
Я хочу быть нормальным
Мы стоим у подъезда.
Я привёл её домой. Впервые.
Подъезд старый. Краска облезла. Грязные стены. Запах мочи въелся в бетон.
Смотрю на Алину. Она смотрит на дверь. Не комментирует.