Артём смотрит на меня.
— А ты знаешь, что его родной батя сдал? Слышал?
Останавливаюсь. Сигарета застывает на полпути к губам.
— Чё?
— Олег Чернов. Настучал на собственного сына в полицию. Чтобы проучить.
Смотрю на Артёма. Не верю.
— Ты серьёзно?
— Серьёзно. Вчера узнал от Димона. Он от мусоров слышал. Олег сам пришёл, сказал, где искать улики. Сдал сына.
Бросаю сигарету на землю. Давлю ногой.
— За что?
— Говорят, Максим отказался работать на него. Олег решил, что сын предал его.
Молчу. Не знаю, что сказать.
Вспоминаю.
Алина. Приходила ко мне к гаражам. Месяц назад. После того, как Максима первый раз взяли.
Просила помочь ему.
Я отказал.
Сказал: "Из-за тебя".
Обвинил её.
А она просто хотела помочь.
И теперь его батя сдал его. Предал. Собственного сына.
— Кирилл? — Артём смотрит на меня. — Ты чё?
— Нихера себе, — говорю тихо.
— Да уж. Пиздец какой-то.
Молчу. Думаю.
Максим пытался вырваться. От отца. От этой жизни.
Я думал, он просто слабым стал. Из-за девчонки.
А он просто пытался измениться.
Быть честным.
И батя его за это сдал.
— Ты пойдёшь к нему? — спрашивает Артём.
Смотрю на него.
— Куда?
— В СИЗО. Свидание можно попросить.
Думаю.
Последний раз мы виделись, когда дрались. Я сказал: "Мы закончили".
Он не отвечал.
Прошло несколько месяцев.
Но теперь знаю: я был не прав.
Не насчёт всего. Максим реально изменился. Стал другим.
Но не в плохую сторону.
Просто стал честнее.
— Да, — говорю. — Пойду.
***
Вечером иду в СИЗО.
То же здание, где был месяц назад, когда отказал Алине.
Захожу внутрь. Подхожу к дежурному.
— Свидание хочу попросить.
— С кем?
— Максим Чернов.
Дежурный смотрит в список.
— Родственник?
— Друг.
— Паспорт.
Протягиваю.
Он записывает. Кивает.
— Пятнадцать минут. Пойдёмте.
Иду за ним по коридору. Сердце стучит быстрее обычного.
Не знаю, что скажу.
Не знаю, как он отреагирует.
Может, пошлёт. Скажет: "Иди нахер, Кирилл".
Будет прав.
Останавливаемся у двери. Дежурный стучит. Открывает.
— Пятнадцать минут.
Захожу.
Комната маленькая. Стол. Два стула. Окно с решёткой.
Сажусь.
Жду.
Дверь открывается снова.
***
2.Максим
Охранник ведёт меня в комнату свиданий.
Думаю: наверное, Алина снова.
Она приходила три дня назад. Сказала, что вернётся.
Надеюсь, что она.
Открываю дверь.
Вижу, кто сидит за столом.
Замираю.
Кирилл.
Не верю глазам.
Он смотрит на меня. Лицо серьёзное. Без обычной ухмылки.
Не двигаюсь несколько секунд.
Охранник подталкивает меня в спину.
— Садись.
Иду к столу. Медленно. Сажусь напротив Кирилла.
Смотрю на него. Он смотрит на меня.
Молчание. Тяжёлое. Долгое.
Не знаю, что сказать. Не понимаю, зачем он здесь.
Кирилл первый нарушает тишину.
— Слышал, что батя тебя слил.
Киваю.
— Слышал правильно.
— Почему?
— Отказался работать на него. Он решил проучить.
Кирилл смотрит в стол. Молчит.
Потом:
— Я был не прав.
Поднимаю взгляд.
— Что?
Он смотрит на меня.
— Насчёт Алины. Я не должен был так говорить. Обвинять её. Обвинять тебя.
Молчу. Не знаю, как реагировать.
Кирилл продолжает:
— Ты правда изменился. Я не понял сразу. Думал, ты слабым стал. Из-за неё. Но ты не слабым стал. Ты просто... честнее стал.
Пауза.
— Когда Алина пришла ко мне тогда, просила помочь, я послал её. Сказал, что всё из-за неё. Что ты из-за неё стал другим.
— Я знаю. Она рассказала.
— Я был мудаком.
— Да, — соглашаюсь. — Был.
Кирилл усмехается грустно.
— Спасибо, что честно.
— Обещал быть честным.
— Видел, как ты менялся, — продолжает он. — Как отстранялся от нас. От дел. От старой жизни. Думал, ты предаёшь дружбу. А ты просто пытался выбраться из того дерьма, в котором мы все сидели.
Смотрю на него.
— Ты всё ещё там сидишь?
Кирилл пожимает плечами.
— Пытаюсь не сидеть. После того, что с тобой случилось... задумался. Может, и правда пора завязывать.
— Тяжело.
— Знаю. Но ты смог. Значит, и я смогу.
Молчим.
— Мне жаль, что я не понял сразу, — говорит Кирилл тихо. — Что не поддержал. Когда тебе это было нужно.
Откидываюсь на спинку стула. Смотрю в потолок.
Не ожидал этого.
Не ожидал, что Кирилл придёт. Что извинится. Что признает, что я был прав.
— Я тоже был не прав, — говорю. — Не должен был бить тебя. Ты мой друг. Лучший. С детства. Я не должен был поднимать на тебя руку.
Кирилл усмехается.
— Я первый начал.
— Всё равно. Я мог остановиться. Мог просто уйти. Но выбрал драку.