Ноги подкашиваются.
Следователь держит крепче.
— Сядь. Тебе нужно сесть.
Качаю головой.
— Я... нормально.
— Садись.
Опускаюсь на пол. Спиной к стене.
Голова кружится.
Сергей Викторович садится рядом.
— Ты ранен?
— Нет. Не думаю.
Проверяю себя руками. Всё на месте.
— Ты молодец, — говорит он. — Всё сделал правильно.
Не отвечаю. Не могу.
Смотрю на Романа. Его поднимают. Ведут к выходу.
Он оборачивается. Смотрит на меня.
Глаза полны ненависти.
— Ты труп, — говорит он. — Слышишь? Труп.
Оперативник толкает его вперёд.
— Иди.
Романа выводят.
Я смотрю ему вслед.
До последней секунды.
Пока дверь не закрывается.
Потом выдыхаю.
Долго. Дрожащим вдохом.
— Он ничего тебе не сделает, — говорит следователь. — Он сядет надолго. Очень надолго.
Киваю.
Андрей подходит. Протягивает бутылку воды.
— Пей.
Беру. Руки дрожат.
Открываю. Пью. Вода холодная. Обжигает горло.
— Ты видел, как он достал ствол? — спрашивает Андрей.
— Да.
— И сразу упал?
— Да.
— Умница. Секунда — и он бы выстрелил.
Не хочу об этом думать.
Но думаю.
Секунда.
Одна секунда.
Между жизнью и смертью.
Я закрыл глаза. Ждал выстрела.
И они ворвались.
Успели.
Чуть-чуть.
Но успели.
— Можешь идти? — спрашивает следователь.
— Да. Наверное.
Он помогает мне встать.
Идём к выходу.
Оперативники остаются. Осматривают склад. Собирают гильзы.
Выходим на улицу.
Холодный воздух бьёт в лицо.
Дышу глубоко.
Живой воздух.
Машины полиции везде. Мигалки. Синий свет.
Скорая. Романа грузят на носилках. Второго парня тоже.
Следователь ведёт меня к своей машине.
Сажусь на заднее сиденье.
Он садится рядом.
— Хочешь в больницу? Пусть осмотрят.
— Нет. Я в порядке.
— Уверен?
— Да.
Он смотрит на меня.
— Ты не в порядке. Но это нормально.
Не спорю.
Знаю, что не в порядке.
Руки дрожат. Ноги дрожат. Всё дрожит.
Адреналин. Шок.
Реакция.
— Куда тебя отвезти? — спрашивает он.
Думаю.
Домой?
Нет.
Не хочу быть один.
— К Алине. Можно?
Он кивает.
— Адрес?
Говорю адрес.
Машина трогается.
Еду молча.
Смотрю в окно.
Город проплывает мимо.
Обычный вечер.
Люди идут домой. С работы. Из магазинов.
Не знают.
Не знают, что я чуть не умер.
Что секунда решила всё.
Что я жив.
Просто жив.
Доезжаем до дома Алины.
Машина останавливается.
— Спасибо, — говорю я.
— Не за что. — Следователь смотрит на меня. — Отдыхай. Завтра приходи в отделение. Нужно дать показания. Оформить всё.
— Хорошо.
— И Максим.
Оборачиваюсь.
— Ты справился. Лучше, чем многие взрослые.
Не знаю, что ответить.
Просто киваю.
Выхожу из машины.
Машина уезжает.
Стою один у подъезда.
Достаю телефон. Включаю.
Пропущенных двадцать. Все от Алины.
Звоню ей.
Она берёт после первого гудка.
— Максим?!
Голос надрывный. Плачет.
— Это я.
— Ты жив? Ты цел?
— Да. Я у твоего подъезда.
— Сейчас!
Бросает трубку.
Через минуту дверь подъезда распахивается.
Алина выбегает.
Босиком. В одной футболке и штанах.
Бежит ко мне.
Я ловлю её.
Она обнимает меня. Крепко. До боли.
Плачет в мою куртку.
— Ты вернулся... ты вернулся...
Обнимаю её. Глажу по волосам.
— Вернулся. Я же обещал.
Она поднимает голову. Смотрит на меня.
Лицо мокрое от слёз.
— Я думала... я думала, что ты...
— Нет. Всё кончено. Его арестовали.
Она целует меня.
Долго. Отчаянно.
Я отвечаю.
Стоим на улице. Обнявшись.
Холодно.
Но мне тепло.
Впервые за долгое время.
Тепло.
Потому что я жив.
Потому что она рядом.
Потому что всё кончено.
Наконец-то кончено.
Я не смог бы без тебя.
Я сижу в кабинете следователя.
На столе диктофон. Красная лампочка горит.
Запись идёт.
— Расскажи ещё раз, что произошло на складе, — говорит Сергей Викторович.
В четвёртый раз.
Вздыхаю.
— Я зашёл. Роман стоял в центре. С двумя людьми.
— Дальше.
— Он спросил про деньги. Я показал кейс. Его человек принёс Роману. Он открыл.
— И?
— Увидел, что пусто.
Следователь записывает. Ручка скрипит по бумаге.
— Когда ты понял, что он догадался?
— Когда открыл кейс. По его лицу было видно.
— Что он сказал?
— Что я думаю, он идиот. Что я сдал всех полиции.
— Дословно. Что именно он сказал?
Закрываю глаза. Вспоминаю.
— «Ты думаешь, я идиот? Ты сдал всех полиции. Думал, я не узнаю?»
Следователь кивает. Пишет.
— Потом он достал пистолет?