– Держи, нарисуй что-нибудь.
– Что? – Стою в растерянности и держу баллончик как разрывную гранату теперь уже с большой опаской.
– Что угодно: солнышко, зайчика. Я бы хотел, что-то неприличное в твоем исполнении, но все, что твоей душе угодно.
Последними словами вгоняет в краску, подозреваю, что он точно говорит не о картинках на стенах.
– Зачем? – Спрашиваю Даяна.
– Порчу тебя. Давай ты должна сделать что-то нехорошее. Начнем с малого. Тебя здесь даже никто не увидит, никакой опасности, чутка адреналина в кровь. Как я могу показать свою сторону жизни такой морально не подготовленной фиалке. Сделаешь - расскажу и покажу в мельчайших подробностях, статья будет очень правдоподобной. Смелей, будем считать это испытанием.
– У меня и так адреналин в присутствии тебя зашкаливает. – Бормочу себе под нос встряхивая баллончик.
Знает на что давить, я сама его уговорила нечего идти на попятную. Тем более улица действительна пуста света мало, нас тут действительно никто не увидит.
Еще раз оглядываю улицу, дорога просматривается далеко в обе стороны минимум на километр.
Никого.
Подхожу к стене, примечаюсь где буду «творить» и нажимаю на клапан, провожу вдоль стены неотрывную линию под аккомпанемент пшикающей краски.
– Сердечко? Ия, я действительно ждал чего-то более провокационного. Все же не настолько плохо? Или это для меня? – Даян облокотился задницей о капот припаркованного пикапа, улыбается, сложив руки на груди.
– Было задание нарисовать – я сделала, какая разница что? – шиплю в ответ.
– Тогда рисуй еще.
Делаю шаг в сторону и встряхивая баллончик еще раз начинаю рисовать цветочек. Да, Даян все настолько плохо думаю про себя. Закончив делаю шаг назад разглядывая свое творение, последний лепесток не уместился, и он ущербно втискивается между собратьями. Войдя во вкус хочу нарисовать еще что-то милое, но мой порыв прерывает сирена, сопровожденная сине-красными проблесками прямо за моей спиной. Как я не заметила ни фар, ни звука работающего двигателя непонятно.
Повернувшись оказываюсь за спиной Даяна, который закрывает меня от неизвестно откуда взявшихся представителей правопорядка.
Пока машины выходят два патрульных.
– От стены отошла, баллончик на землю, руки на машину. Ты тоже руки на машину. – кивает один из ППСников на Даяна.
Сознание охватывает паника. Это могло случиться только со мной. Первый раз сделала что-то плохое, выходящее за рамки и вот наказание не заставило себя ждать.
Даян что-то говорит мне, кивает головой подзывая подойти, но я не слышу только вижу, как его губы двигаются.
Готова просить прощения у всех высших сил, что сошла с праведного пути, обещать рано вставать и есть здоровую еду и никогда, никогда не связываться с плохими мальчиками.
Господи, какая я дура. Что полагается за порчу госимущества? Год, два? Пять лет? Шестеренки скрипят в голове. Тем временем опускаюсь, чтобы положить баллончик на землю. Меня скрывает Даян, который уже положил руки на крышу и сама машина. Оглядываюсь ища путь к побегу. На глаза попадается проем между домами. Пройти можно только друг за дружкой, но он темный, а мы оба в черном. И нас могут не сразу заметить между домами. Остаётся молиться, что проход сквозной.
Ия, вас поймают, о чем ты думаешь?
Проносится в голове здравая мысль, но проносится стремглав мимо меня.
Медленно поднимаюсь, подхожу к Даяну кладу руки на крышу и одной накрываю мужскую руку легонько сжимая. Он бросает взгляд на наши руки, потом на меня сжимает в ответ в каком-то поддерживающем жесте. И незаметно, думаю, даже для себя продолжает водить большим пальцем по ладони.
– Бежим! – Резко кричу и дергаю за руку. Устремляюсь в сторону прохода.
– Какого...? – Конец фразы уже тонет в шуме крови бьющейся в ушах.
В спину летят крики полицейских. Бегу к стене и заскакиваю в темноту. В конце свет, значит не тупик. Осознание, что мы могли не проскочить между домов, приходит в голову слишком поздно. За руку утягиваю Даяна в бегство мертвой хваткой держась тяну его за ладонь.