Не в ее задницу. Не в ее рот. В киску.
Я хотел вернуть свою прежнюю жизнь. Когда секс был чем-то, к чему я подходил на своих условиях. Для развлечения. Редко. И как форма наказания для других, а также для себя.
Вся эта тоска по Джейн Остин, изношенное отчаяние и прочая херня вызывали у меня мурашки по коже.
— Мне нужно в туалет. — Моя жена спрыгнула с моих колен на табуретку, на которой я сидел. Я встал и последовал за ней, пока она пробиралась через толпу. Я ни за что не собирался выпускать ее из виду.
Большую часть своей взрослой жизни я либо убивал людей, либо трахал эскорт-девушек. Ни одна часть меня не считала людей священным видом. Чем-то, что стоит сохранять, не говоря уже о защите.
Но где-то по пути я перестал видеть в Лиле человека.
Она была просто Лилой.
И мысль о том, что грязные руки какого-то придурка касаются этих дюжины оттенков золотистых волос — солнечного света, песка, льна и нарцисса — заставляла меня...
Что, мудак? Теперь ты собираешься попробовать быть хорошим мужем? Писать ей стихи? Трахать ее при свечах и розах?
Конечно, нет.
Я бы не подпустил роз к ней. Она их ненавидела. Что это было, час любителей?
Лила спотыкалась о собственные ноги, идя по прямой линии от нашего места до туалета. Недосып давал о себе знать.
— Ты будешь стоять на страже? — Лила посмотрела на меня с недоверием.
— Я пойду с тобой.
Лила встала на цыпочки и положила руку мне на щеку.
— Спасибо, что заботишься обо мне. — Она поднялась и поцеловала мою повязку на глазу, и я надеялся, что то, что я чувствовал, было смертельным сердечным приступом, а не чертовым трепетом. — С этого момента я обещаю заботиться и о тебе.
Она вошла внутрь и заперла за собой дверь.
Я достал телефон и написал Тирни.
Тирнан: У тебя еще есть те снотворные таблетки? Мне нужно растолочь их и подсыпать в напиток Лилы.
Тирни: Ой, мы от нее избавляемся? Я к ней привязалась. ☹
Тирнан: Я не собираюсь ее убивать, идиотка. Ей нужно поспать.
Тирни: Она беременна, Тирнан. Ты не можешь просто дать ей какую-то дрянь.
Тирнан: При таком темпе она скоро умрет.
Тирни: Я правильно понимаю, что между строк проскальзывает беспокойство, брат?
Тирнан: Она — моя гарантия Каморры.
Тирни: Признай, что она тебе нравится, и я дам тебе решение ее проблемы со сном.
Тирнан: Я не веду переговоры с террористами.
Тирни: Чтобы вести переговоры, мне придется пойти на уступки. Я не буду этого делать.
Я услышал, как с другой стороны двери спустили воду в туалете. У меня не было времени.
Тирнан: Ладно. Я не хочу, чтобы она умерла. Доволна?
Тирни: В восторге. <GIF с Джона Хиллом, кричащим от возбуждения>
Кран был открыт. Тирни печатала.
Тирни: Когда я не могу заснуть, я нахожу жертву и испытываю оргазм. СИЛЬНЫЙ. Хороший оргазм всегда вырубает меня.
Тирнан: Это твой совет?
Тирни: Ага. Хороший совет, брат.
Тирнан: Ненавижу тебя, сестренка.
Тирни: <3 <3 <3
Когда мы вернулись домой, я наполнил Лиле теплую ванну и бросил в нее розовую бомбу для ванны. Вся ванная комната пропиталась запахом эфирных масел и клубники. Я сделал заметку, чтобы сжечь квартиру, чтобы избавиться от запаха.
Не то чтобы ее нужно было поджигать. Температура и так была чертовски высокой.
Лила, наверное, в прошлой жизни была ящерицей, потому что ей нравилось, когда термостат был настроен на 76 градусов.
Я предпочитал 49. Мы согласились на 76. Тот, кто сказал, что брак — это компромисс, никогда не женился на итальянской принцессе.
— Не засыпай в ванне, — рявкнул я.
Она сонно кивнула и закрыла дверь перед моим носом.
Пока Лила принимала ванну, я последовал безумному совету сестры. Это было ужасно, но у меня не было выбора. Оказалось, что таблетки могут навредить ребенку. И хотя для меня это казалось выигрышной ситуацией, она, похоже, любила это дьявольское отродье.
Побредя на кухню, я схватил бутылку виски, налил три пальца в стакан, опрокинул его и вытер рот. Я достал телефон и написал Райленду Колтриджу.
Колтридж был новоиспеченным технологическим миллиардером. Он также был бывшим эскортом, который зарабатывал на жизнь, трахая половину светской элиты Нью-Йорка. Я знал из надежных источников, что он знал, что делает в постели. Мне нужен был совет эксперта. Кого-то, кто не разболтает. Несмотря на все его недостатки — и, блядь, я мог бы написать диссертацию об этом — он был сдержанным.
Я знал это, потому что моя сестра наняла его, чтобы преодолеть свои комплексы в свое время.