Я кончил в свою руку так сильно, что у меня затуманилось зрение. Каждая мышца в моем теле была напряжена. Каждый сантиметр был покрыт потом. Я уткнулся лицом в изгиб ее колена, вдыхая ее запах.
— О, черт. — Я поцеловал ее коленную чашечку, смеясь, мои губы скользили по ее гладкой бронзовой коже. — Боже мой. Это было... идеально.
Я не был эмпатом, но мне было жаль остальных мужчин, которые жили своей жалкой жизнью, не зная, каково это — быть с моей женой. Я встал и пошел в ванную, чтобы вымыть руки. Вернувшись через две минуты, я обнаружил, что моя жена спит, положив голову на шелковую подушку, со слегка приоткрытым ртом.
Я накрыл ее одеялом, поцеловал в лоб и выключил свет. Я снова остановился перед ванной, всего на наносекунду, прежде чем решить, что ни за что не смою эту женщину со своей кожи.
Вместо этого я занял ее «раздраженное» место в кресле в углу комнаты, откинулся назад и наблюдал, как она спит.
Все восемь часов ночи.
34
14 лет назад
Они были готовы.
Последние двенадцать месяцев близнецы тщательно планировали свой побег, общаясь между собой на языке жестов глубокой ночью, чтобы никто не мог их увидеть или услышать.
У них были карты. Запасные ключи от машины Ольги. Запас еды, который они хранили под своей частью деревянной доски. Чистая вода в бутылках.
У них были полные имена их отца и брата. Адрес в Ирландии, который они украли из стола Игоря.
И, что самое важное, у них был план.
В этом плане не хватало только одного — кода от главных ворот, стоящих между ними и свободой.
Им было теперь четырнадцать, и они были стары для своего возраста.
Достаточно взрослыми, чтобы понимать, что их побег сделает с Алексом.
По поводу последнего были споры. Тирни говорила, что они должны довериться Леше. Тирнан утверждал, что никому нельзя доверять, включая самого Бога.
Теперь Тирнан смотрел на свое отражение в луже алой крови перед кабинетом Игоря, приглаживая волосы пальцами.
Игорь был в Америке, а это означало, что Алекс имел доступ к его кабинету. Тирнан открыл дверь, не постучав.
Алекс сидел на троне своего отца, а на его коленях сидела шестнадцатилетняя пленница. Они страстно целовались.
Гнев заставил кровь Тирнана закипеть. Он никогда раньше не целовался с девушкой. Он трахал многих в задницу. И мальчиков тоже. Все, что Игорь велел ему делать для своего извращенного развлечения.
Ему приходилось смотреть, как его сестру раздевают другие заключенные. Как они ее используют.
Ему приходилось смотреть, как она истекала кровью, истекала и истекала, пока Ольге не пришлось вызвать местного ветеринара, чтобы удалить ей матку.
Алекс не подвергался всем этим ужасам. Ему разрешали расти в своем собственном темпе.
— Не стой там, — прошептал Алекс в губы красивой девушки. — Сядь, смотри и делай заметки.
Тирнан не сдвинулся с места.
— Чья кровь снаружи?
— Парень этой телки был недоволен нашим свиданием, — рассмеялся Алекс.
— Нам нужно поговорить.
Это привлекло внимание Алекса.
— Уходи. — Он оттолкнул девушку от себя. Она комично упала на задницу, надув губы, а затем вышла из офиса, выпятив грудь.
— Ну? — Алекс вытер губы тыльной стороной ладони, выглядя как четырнадцатилетний подросток. Он достал сигарету из пачки своего отца, а затем зажег спичку. — В чем дело?
Тирнан был удивлен, что Алекс не видел ничего странного в их дружбе. Что он был способен поверить в эту невероятную связь, учитывая, что его отец убил мать Тирнана и похитил его из дома.
С другой стороны, Тайрон сделал то же самое с матерью Алекса, когда тот был еще новорожденным.
— Мне нужен код от входных ворот, — сухо сказал Тирнан.
Алекс поднес спичку к кончику сигареты, зажег ее и затем вытряхнул пламя.
— Правда?
— Да.
— Вы меня бросаете? — Он затянулся и выпустил дым из уголка рта.
— Мы хотим поплавать в воде.
— Когда?
— Когда захотим. Тирни в депрессии. — Это была не ложь. — Ей нужно отдохнуть после того, что случилось с ее операцией.
Алекс подумал над этим.
— Я могу пойти с вами?
— Конечно.
— Тогда зачем тебе нужен код?
— Мы хотим приходить и уходить, когда захотим. Не зависеть от тебя. К тому же, ты не всегда здесь.
Леша обдумал это.
— И ты обещаешь, что не оставишь меня здесь?
— Обещаю, — солгал Тирнан.
Это была не первая и не последняя ложь, которую он скажет, но она была самой оправданной.
— Я не прощу тебя, если ты предашь меня. — Алекс затушил сигарету в пепельнице. Его руки дрожали.