Второй стоял недалеко от берега. К его борту пристала лодка, и в ней было шестеро фигур. Те самые, за которыми бежали. Опять мы не успели на несколько минут.
Двое — в путах. Одного я узнал сразу, даже с такого расстояния, даже в этом проклятом лунном свете, даже сквозь дрожащую дымку ночного воздуха. Серебряные волосы, разметавшиеся по плечам. Принц Элронд, наследник Эрин Линд, сын королевы Келебриан.
Рядом с ним — человек в тёмной одежде. Как я понимаю, капитан и командир голландцев. Тот самый, что зачем-то выпустил его из клетки, бежал с ним с корабля. Сейчас он сам оказался в роли пленника, чья судьба и жизнь зависели от его похитителей.
Их быстро подняли на борт. Четверо эльфов в чёрном взяли тела и переправили на палубу. Без суеты, ни лишних движений.
Я вышел из тени и свистнул. Коротко, резко, сигнал «Стой».
На палубе и в лодке все сразу обернулись в нашу сторону.
Я поднял руку с раскрытой ладонью, показывая, что хочу говорить. Расстояние было слишком большим для голоса. Поэтому продолжил на эльфийском языке свиста.
— Переговоры.
Ответ пришёл мгновенно. Один из эльфов помотал отрицательно головой и ответил также свистом. Чётко, ясно, без тени колебания.
— Нет.
Я показал жестом недоумение, свистнул снова:
— Почему?
— Не здесь. Не сейчас.
— Где и когда?
Пауза. Короткая. Мой собеседник явно задумался. Что-то взвешивал и решал.
— Япония. Кога. Поместье семьи Мотидзуки. Как сможешь.
Искусством общаться свистом мой оппонент владел мастерски. Одно дело — обычные эльфийские слова, а другое — слова на незнакомом языке. У меня мелькнула догадка, с кем свела меня судьба. Безумная, невозможная, но другого объяснения не было.
— Это ты?
Тишина. В ней уместилось всё: шум волн, шелест листьев, далёкий крик ночной птицы. И мой собственный пульс, отдающий в висках.
— Да, Аэрандир. Это я.
— Рад видеть тебя живым.
— Я тебя тоже.
Я опустил руку. Результат переговоров был хуже некуда. Мне назначили встречу на краю земли, в чужой стране, в месте, где живут люди. Без всяких гарантий. Вряд ли королева такое оценит. Шанс быстро вернуть принца исчезал и с каждой секундой становился всё иллюзорнее. Терять было нечего, и я решил проявить больше настойчивости.
— Давай здесь и сейчас. Можно завтра или позже, но здесь. Я имею полномочия говорить от лица королевы. Буду один. Без оружия.
— Нет.
— Почему?
— Нет. Этого не будет.
Странное упрямство. Такая неуступчивость вызывала недоумение. Я видел его лицо, спокойное, бесстрастное, без тени сомнения. Кто-то или что-то, кому он подчинялся, запретил ему любые переговоры. Он явно собирался увезти принца с собой во что бы то ни стало.
Я попробовал с другой стороны.
— Бабочка без крыльев не летает.
Я намекал, что паруса — прозрачные, перламутровые, переливающиеся в лунном свете, могут быть уничтожены.
— Попробуй, — последовал ответ.
Я дал знак своим. За спиной скрипнули луки, и две стрелы ушли в сторону корабля. Пока просто показать, что мы можем лишить их хода. Две было недостаточно, чтобы вывести его из строя полностью, но ещё несколько попаданий, и корабль лишится хода. Вряд ли на борту был ещё один запасной парус, тем более два. Ремонт же парусной ткани был долгим и мучительным делом. Корабли-бабочки не возят на себе много груза. Только скорость, только экипаж, немного еды и воды.
Стрелы стремительно приближались к поверхности паруса. На корабле успели среагировать.
Два лука вскинулись на палубе. Лучники, скрытых до этого за бортом, шагнули вперёд и отпустили тетиву. Их стрелы — с широкими серповидными наконечниками — ушли на перехват. Они встретили наши в воздухе, перерубили древки точными, ювелирными ударами. Обломки, кувыркаясь, упали в воду.
Ни одна наша стрела не достигла цели.
Это впечатляло. Наши собратья не теряли времени даром на чужбине. Мир по-прежнему преподносил сюрприз за сюрпризом.
Я жестом показал своё восхищение мастерством лучников.
Мне ответили поклоном. Мне ответили вежливым поклоном и жестом, что ждут скорой встречи. Я ответил согласием.
Паруса пришли в движение. Начала меняться их геометрия и положение, судно вздрогнуло и развернулось. Паруса поймали ветер, и корабль вместе с принцем стремительно стал удаляться, постепенно набирая ход, скользя по воде. Принц уходил от нас на «бабочке», и это было красиво — видеть, как наши корабли снова режут волну, как много веков назад, когда мы ещё не решили замкнуться на своей второй родине. Второй эльфийский корабль двинулся следом, параллельно курсом уходящего.
Я смотрел им вслед и думал, что, может быть, скоро увижу такие же, уходящие от наших австралийских берегов. Карать и диктовать свою непреклонную волю всему остальному миру. Вершить судьбы цивилизаций и континентов.