— Да, Ваше Величество. И говорят, что если пить её постоянно, болезни уходят навсегда. А если есть плоть... — евнух запнулся. — Говорят, она продлевает жизнь.
— Где эта земля?
— На юге, Ваше Величество. За морями. Португальцы нашли туда путь. У нас есть их карты.
Император молчал долго. Потом повернулся к залу.
— Слушайте мой указ.
Чиновники ударились лбами о каменный пол. Евнух Ли замер, боясь дышать.
— Снарядить экспедицию. Самую большую, какую только можно построить. Найти эту землю. Установить контакт с бессмертными. Привезти мне их эликсир, из чего бы они его ни делали, хоть из крови и мяса, а также их секреты по обретению бессмертия. — Он помолчал. — И сделать это с уважением. Мы не варвары и не будем охотиться на мудрецов, как на животных. Предложим им дружбу, дары, союз. Защиту великого Срединного государства, в конце концов. Всё, что они пожелают. В обмен на... эликсир.
Он указал на флакон.
В зале повисла тишина. Кто-то из учёных, старый конфуцианец, помнивший ещё времена, когда император правил сам, приподнял голову, собираясь возразить, — но встретился взглядом с евнухом Ли и опустил глаза. Восточная застава не прощала возражений, а в такой момент особенно.
На следующий же день в империи началось то, чего не видели уже 200 лет, со времён императора Юнлэ. Гонцы поскакали во все провинции с указами о мобилизации ресурсов. Верфям в Нанкине, Сучжоу и Фуцзяни предписывалось бросить все силы на строительство нового флота. Лесорубы валили вековые деревья. Кузнецы ковали скобы, гвозди, корабельные скрепы. Сотни мастеровых — плотников, смолокуров, канатчиков — трудились на верфях день и ночь. Империя просыпалась от спячки. Шестерёнки бюрократической машины набирали обороты. Сын Неба не хотел ждать, и за промедления виновных карали с невиданной жестокостью.
Впрочем, таких пости не было. Увидев действия эликсира, многие влиятельные люди рассчитывали получить эликсир и для себя, и своих близких. Так что экспедиция, которая должна была вызвать ожесточённые споры, сейчас, наоборот, объединила страну. Эликсир Бессмертных оказал волшебное действие не только на императора, но и на всё государство.
Особенно удивляло придворных, что император, двадцать лет не вмешивавшийся в управление, вдруг потребовал докладов. Он встречался с чиновниками — правда, по-прежнему через занавес, но теперь он задавал вопросы, требовал отчётов, торопил. Евнухи, почуявшие усиление своего влияния, раздували его энтузиазм. Учёные-конфуцианцы молчали, придавленные неожиданным поворотом событий. Гранд-секретарь Ли Тинцзи, получив чёткий приказ, занялся организацией — тем более что это отвлекало от фракционной борьбы и давало возможность проявить себя.
В дворцовых архивах подняли всё, что сохранилось о плаваниях адмирала Чжэн Хэ. Сохранилось, правда, немного. Ходили слухи, что ещё в 15 веке, один из министров велел уничтожить большую часть записей, считая экспедиции расточительством. Но кое-что уцелело в архивах клана, к которому принадлежал великий мореплаватель: чертежи, карты, описания кораблей. Их извлекли, изучили, но строить решили не точные копии. Полтора века не прошли даром.
Главный корабль флотилии, заложенный на нанкинских верфях, получил название «Нефритовый дракон». Его длина составляла около семидесяти метров, ширина — двадцать пять. Восемь мачт несли паруса из тростниковых циновок, усиленные бамбуковыми реями — традиционная конструкция китайских джонок, надёжная и проверенная веками. Корпус набирали из особой южной сосны, пропитанной тунговым маслом для защиты от гнили. Водонепроницаемые переборки делили трюм на отсеки — технология, которую европейцы только начинали осваивать, а в Китае знали уже много веков.
«Нефритовый дракон» должен был нести на борту до восьмисот человек — экипаж, солдат, учёных, переводчиков, дипломатов. Его трюмы заполняли рисом, соевыми бобами, вяленым мясом, квашеными овощами, сотнями бочек с пресной водой, чаем, лекарственными травами. Всё лучшее, что могла дать империя.
Второй корабль, «Жемчужина Южных морей», был чуть меньше. Третий и четвёртый — «Летящий феникс» и «Небесный странник» — дополняли основную четвёрку. Кроме них, в состав флотилии вошли полтора десятка судов поменьше — для разведки, связи, высадки десанта.
Вооружение кораблей вызывало споры. Китайские мастера умели лить бронзовые пушки, но по качеству они уступали португальским. Некоторые советовали закупить орудия в Макао, но император отверг это, так как опасался, что это даст чужеземцам основания подозревать в строительстве флота и организации экспедиции. Впрочем, несколько орудий, стараясь не вызывать подозрений, якобы для защиты Великой стены, всё же купили. Большую же часть пушек сделали сами, надеясь что особой нужды в них не будет. В конце концов, главным оружием должна была стать не артиллерия, а дипломатия и многочисленность кораблей и воинов на них.