«Как молодеет человек, когда он смеется», — подумала Антонина. Тут, дома, про Куца можно даже сказать, что это очень приятный собеседник. Даже разговорчивый. Однако эти дни все же не прошли для него бесследно. И до этого худое его лицо осунулось еще больше, под глазами появились черные круги. Темные брови и темные круги под глазами — лицо мученика, иначе не скажешь. Однако когда засмеется, сразу же молодеют глаза и не так заметны эти черные круги.
Конечно, Дмитрович обошелся с ним жестоко, разве нельзя было как-то мягче, человечней? Сам же обещал квартиру — об этом все знают. А тут вдруг поворот на сто восемьдесят градусов.
— Вы говорите, что вы профорг, — снова вышла из кухни мать Куца. Она была в красном с синими цветочками фартуке, в руках держала ложку, которой, наверно, что-то мешала. — Так вот, хотелось бы от вас услышать, скоро ли будут квартиры?
— Мама, ну я же просил тебя, — мученически наморщил лоб Куц.
— Квартиры будут скоро, — сказала Курдымова, — говорят, к Октябрьским праздникам…
— Ну, и дадут ли нашему Дане?
— Мама…
— Дадут, обязательно дадут, — с уверенностью ответила Курдымова.
— Скорей бы, — вздохнула женщина. Потом посмотрела на сына и заторопилась: — Все, все, ухожу. Обо всем уже спросила…
Некоторое время молчали. Антонина злилась на Курдымову: зачем обещать, как будто она начальник, как будто решение зависит только от нее.
Сама Курдымова, как видно, тоже чувствовала себя неловко, поэтому стала объяснять Куцу:
— Видите ли, мы будем отстаивать вашу кандидатуру…
— Что с того? — горькая складка обозначалась у его губ. — Разве не слышали, что сказал Дмитрович? Он же всю группу решил ликвидировать…
— Ну вот, снова вчерашний разговор, — с досадой проговорила Антонина. — Вчера на капусте мы целый день только про это и говорили.
— И все до одного решили держаться твердо, — выпалила Надя. — Понимаете, вся группа будет работать, как и раньше, ни один не подаст заявление об уходе — и пускай тогда кто-нибудь попробует ее ликвидировать… И не давать вам квартиру тоже никто не имеет права… Если обещали…
— Я и говорю, — подхватила Курдымова, — мы будем стоять на своем. Ведь, в конце концов, без профсоюза квартиры не распределяют.
— И главный инженер приедет, — вспомнила Антонина слова Межара, — он тоже будет за нас…
— Я-то знаю, что нужно главному инженеру, — подал голос Куц. Он, кажется, начинал верить в то, что говорили ему женщины. Глаза его возбужденно заблестели. — Главному инженеру нужна от нас продуктивность. Тогда он и будет стоять за нас.
— Это правда, — согласилась Антонина, — но продуктивность у нас не очень высокая. Только ваши задачи и дают прибыль.
— А знаете, что можно сделать? — глаза Куца теперь уже почти лихорадочно блестели из-под черных бровей. — Я давно об этом думал, даже собирался поговорить с главным инженером, да все как-то не получалось… — Он помолчал, посмотрел на каждую из них, как бы взвешивая, смогут ли они оценить то, что собирался сказать. Внимание, с которым его слушали, по-видимому, приободрило его, и он наконец-то выдохнул: — Я тут придумал одну штуку… верней, не придумал, а вычитал… В научно-исследовательском институте вычислительной техники разработано приспособление для перевода телетайпной информации, что приходит из самых дальних точек страны, на язык машины… Понимаете? Нет?
Он видел — пока еще ни одна из них не способна осмыслить, какую именно выгоду дает, это предложение управлению, они не могли сразу ухватить, постигнуть мысль, может, как раз из-за ее исключительной простоты. Главный инженер или, скажем, Кунько, даже Шлык — те, кто сравнительно долго имел дело с вычислительной техникой, с ее практическим использованием, промышленной эксплуатацией, — уж наверно разобрались бы что к чему, этим же, как видно, хоть все на пальцах объясняй.
И, становясь раздражительным, нетерпеливым, таким, каким его знали, на работе, Куц сел и, натянув на колени одеяло, стал говорить:
— Вы знаете, какую цель преследует главный инженер? Чтоб наше управление обслуживало самые разные учреждения. Понимаете? Таким образом, заказы мы будем получать из других городов. Не понимаете? Да это же ясней ясного. Выпускается подобное приспособление, рассылается в самые различные учреждения, где есть вычислительные центры, мы же решаем задачи, притом с математическим обеспечением для этого приспособления. Обеспечение это разработал я, я один. Мало того что мы сможем выполнять заказы предприятий почти всего Союза, мы, если только в самом деле завертим колесо, будем на первых порах — потому что дело это совсем новое — единственной организацией, которая сможет, будет способна переводить и другие вычислительные центры страны на эту систему. Понимаете?