– Я уверена, что могу отчасти пролить свет на эту тайну, – заявила Делия. – Он решил, что мы – я в одном отношении, а Мелосы в другом – представляем угрозу для Джесс Уэйнфлит. Она в этом деле центр, основа. Принимая ее за первопричину, я отмотала пленку назад и припомнила, каким невыразимо жутким Уолтер показался мне с самого начала. – Ее передернуло. – Джесс действительно считает его излечившимся, мне же показалось, что по своим действиям и реакциям он напоминает робота. Как это ее огорчило! Но неужели ты извлек это из чтения ее научных работ? Признаю, мне они показались глубокими, как космос, но это же просто научные трактаты.
– О, они представляют собой нечто большее, Дилз. В каком-то смысле они читаются как панегирик. Из них я делаю вывод, что имеет место некое чудо. Когда лечащий врач начинает впадать в лирику так, как Джесс в отношении Уолтера, коп должен насторожиться. – Кармайн бросил на сержанта быстрый взгляд. – Ты хорошо знаешь Джесс Уэйнфлит. Может, она искренне не догадываться о вине Уолтера?
– О да. В этом я уверена. Он ее дитя.
Кармайн подумал, что Делия действительно отменный детектив в полном смысле этого слова; она могла взять группу не связанных между собой фактов и вывести из них умозаключение. Именно по этой причине он дал ей список пропавших женщин, и если последнюю улику нашел он, то только из-за различия в их образовании: он увидел в Джесс нейрохирурга, тогда как Делия видела лишь психиатра. Но дело было еще не закрыто, оно просто натолкнулось на очередную кирпичную стену, одну из тех, которые еще не раз попадутся им на пути. Кармайн и Делия наглядно показали, как люди с разносторонними навыками и образованием могут очень успешно работать сообща. Случайность и везение тоже играли свою роль. Если бы не холостяцкий образ жизни, который Кармайн временно вел ввиду отсутствия жены, у него не нашлось бы времени прочесть все эти научные книги и журналы, насторожившие его в отношении стереотаксической нейрохирургии и исследований. С другой стороны, его чтение не приняло бы такой уклон, не ищи Делия у полицейского художника дополнительной информации о схожести черепов. Услуга за услугу…
Уолтер появился после своей мигрени в воскресенье незадолго до рассвета и нашел Джесс бодрствующей, меряющей шагами свой кабинет.
– Что случилось? – спросил он, принося ей свежесваренный кофе.
Лицо доктора просияло, на нем отразилась вся глубина ее облегчения. Облегчение проявилось и в ее трясущихся пальцах, которыми она приняла кружку.
– О, я так рада тебя видеть! Твоя головная боль меня напугала, Уолтер. Когда ты вчера вечером пошел спать, ты показался мне… о, не знаю… изменившимся.
– Это была очень сильная головная боль. Левосторонняя. Как ты и сказала, я на какое-то время утратил дар речи. А также не мог считать.
Опускаясь в свое кресло, Джесс указала на другое.
– Садись, пожалуйста. Я хочу с тобой поговорить.
Уолтер сел, послушный солдат, глядя ей прямо в глаза, со вздернутым подбородком.
– Ты знаешь, что я сделала, когда произвела на тебе все эти операции, Уолтер? – спросила она.
– Да. Ты меня починила.
– Да, верно, но я имею в виду не это. Ты так далеко продвинулся с того дня, тридцать два месяца назад, когда я провела последнюю операцию! Теперь я могу объяснить все на более сложном уровне, чем прежде. Ты знаешь, что такое короткое замыкание?
– Да, это основа. Электрический ток, который должен течь в электропроводке по предопределенному пути, находит обходной путь, более короткий. Тогда электрический контур перегорает от огромного сгустка энергии, и работа нарушается.
– Мне нравится твой выбор слов. По предопределенному пути – замечательно! – Джесс погрузилась в свой кофе, все еще не вполне оправившись от беспокойной мысли о том, что головная боль Уолтера должна служить ей каким-то предостережением. Но о чем?.. – Так вот, представь себе, что большое количество таких путей внезапно испытали короткое замыкание и что все вместе они составляют целый твой мозг. Из-за массового короткого замыкания возникший сгусток энергии полностью разрушил все проводящие пути в твоем мозгу. Что станет с твоим мозгом, можешь ты мне сказать?
– Он станет не-мозгом.
– Верно. Я взяла тебя, Уолтера с не-мозгом, и поставила много сотен крохотных терминалов по всему пространству твоего не-мозга. Каждый терминал был внутри кластера клеток, которые ты бы назвал батареей. И каждая батарея была соединена проводниками со множеством других точек по всему твоему не-мозгу. Помни, перед этим ничего не работало!