Залив земляничные листья кипятком, она устроилась на принесенном из кладовой стуле — не идти же наверх, там печка давно остыла, а в кухне тепло и уютно. Потрескивают дрова, похрапывает высохший и распушившийся Бублик, в воздухе витает аромат земляники с тонкой ноткой меда. В спину ощутимо тянет холодным воздухом, а в обеденном зале кто-то топает, двигает мебель и слышатся мужские голоса.
В дверь кухни громко постучали. Зоя вскочила и прерывающимся голосом спросила:
— Кто там?
Глава 9
— Здрасьте, госпожа магичка! — заорал из-за двери староста. — Мы тут продукты принесли, извольте принять!
Выругавшись про себя, Зоя выскочила в обеденный зал. Староста Доброслав довольно щурился, обозревая сваленную прямо на пол гору всякой всячины. Зоя разглядела чье-то копыто, содрогнулась и сообщила:
— А я как раз к вам собиралась по этому вопросу.
— Нешто я своего дела не знаю? — удивился староста. — Утром как встали, смотрю — зашла-то госпожа магичка внутрь, пропустила ее защита. И дым из трубы идет, значит, проснулась уже. Мы продукты-то собрали и принесли. Янко, Борко! Тащите все в кладовые!
Вчерашние дуболомы, бросившие ее посреди села в полной темноте, нестройно пожелали Зое доброго утра. Один из них подхватил плетенку, полную битых и ощипанных кур, второй корзину с чьими-то огромными яйцами, и они целеустремленно потопали через кухню.
— Вы не переживайте, они все знают, — махнул рукой староста, заметив Зоин встревоженный взгляд. — Не первый год продукты в казну сдаем. Они и занесут, и по полочкам разложат, чтоб сразу все под заклинание попало. Вы книжечку-то нашли, госпожа магичка? Счетную, значит, чтобы мы сразу выплаты получили. Оно-то можно и потом подписать, но хотелось бы сразу.
— Все нашла, — заверила его Зоя. — Скажите, а с дровами что делать?
— Как что? — удивился Доброслав. — В печь класть, или вы про что другое толкуете?
— Брать дрова где? — переформулировала вопрос Зоя.
— А, это несложно. Дрова мы привозим и на задний двор разгружаем, казна, опять же, платит. Там, если выйдете, бревна лежат, это вот они самые и есть. А вот если пилить и рубить, это уже казна не оплачивает. Это вы, госпожа магичка, сами справляйтесь. Ну или Янко да Борко могут попилить и порубить. За наличный расчет.
— Спасибо, я подумаю, — протянула Зоя. Наличных у нее не было, да она и не сомневалась: староста Доброслав заломит такую цену, что проще спалить таверну. А пилить дрова Зоя попросту не умела. И уж тем более рубить их топором.
— Надумаете так обращайтесь, — подмигнул староста. — Здрасьте вам, господин стражник.
Зоя резко обернулась, чуть не врезавшись в одного из старостиных сыновей.
— И вам здравствовать, — ответил Любомир, аккуратно обходя сдвинутые столы. — Солнце только встало, а вы, смотрю, уже в делах да заботах.
— Нешто я своего дела не знаю! — повторил староста. — Да и чего тянуть-то? Вам же ж и лучше, чтоб таверна быстрей открылась. Замаялись поди на сухом пайке.
— Точно, замаялись, — подтвердил Любомир и протянул Зое довольно большой сверток. — Держи, это твое. Под мешки завалилось. Стали вчера разгружать, смотрю — лежит.
Зоя удивленно посмотрела на него, но Любомир грозно сдвинул брови, и она предпочла не ввязываться в выяснение отношений при старосте.
— Спасибо, — поблагодарила девушка и прижала сверток к себе. — Пойдемте, господин староста, я смотрю, продукты уже все занесли.
Любомир сделал вид, что приглашение относится и к нему тоже. Вся компания чинно прошествовала через кухню. Зоя со старостой пошли к счетным книгам, а Любомир прочно утвердился в дверях кладовой, мешая Янко и Борко покинуть помещение.
Счетный артефакт пискнул, подтверждая приемку продуктов, староста довольно потер руки, Зоя мучительно соображала, надо ли предлагать всей компании выпить чаю, и тут из-за спины Любомира раздался жизнерадостный голос:
— Доброго утречка всем!
— И вам того же, — настороженно ответила Зоя.
Любомир чуть сдвинулся, и мимо него в кладовую протиснулся еще один стражник, светловолосый крепыш в кожаной броне. В одной руке он держал гусиную тушку, а в другой — ту самую ногу с копытом, которая так напугала Зою.
— А я иду, гуляю, воздухом дышу, смотрю — птичка летит, — сверкая белозубой улыбкой, сообщил блондин. — Надо же, думаю, весна настала, гуси домой потянулись! Нагулялись в теплых краях и в родные горы возвращаются!