Например, в круглосуточный молл. Пока все ряды обойдешь, вся ночь пройдет. Или в ночной клуб. Маринка решила все равно развлекаться, когда я позвонила и извинилась, что срочные непредвиденные дела помешают мне с ней встретиться. Она уже была настроена на гулянку и возвращаться домой не захотела. Может, она докружит до этого времени, и я к ней присоединюсь, когда мы решим отсюда уехать.
Я бросала иногда любопытный взгляд на Косту во время танцев. Как он там, смотрит за Иркой, наблюдает? И каждый раз убеждалась, что да. Глаз не сводит. Перцовых своих, жгучих, обжигающих.
И не знаю, чем бы все закончилось, вроде все вели себя более-менее прилично. Ну, кроме Венцеслава, который решил, что я не могу танцевать без его поддержки. Поэтому решил, что его руки обязательно должны разместиться на моей талии и пониже для поддержки равновесия.
Как в бар заскочили случайные посетители – пятеро байкеров. Волосатых, бородатых, могучих и с зашкаливающей мужской харизмой, такой что ух! Конечно, офисные «белые воротнички» на фоне них сильно побледнели в женских глазах. И все девушки непроизвольно сделали стойку в сторону кожаных косух и аромата свободы и ветра за спиной.
А те подошли к бару, сделали заказ, осмотрелись. И увиденное им понравилось. К нам с Ирой сразу подскочили двое.
- Красотки! – заорал благим басом на весь бар один, при этом подхватив меня на руки и покружив несколько раз вокруг себя. – А я думаю, почему бог ветра сегодня так активно звал меня сюда? Это судьба! Моя Пенелопа! Твой Одиссей вернулся! И больше ни в какое плавание ближайшее время не отправится.
- И где золотое руно? – пробормотала я смущенно, совсем забыв в тот миг, что это совсем другой миф.
- В пещере. Ожидает, когда мы на него возляжем, - радостно поделился веселый мужик.
И, наконец, поставил меня на ноги. Пока я боролась с головокружением, я не заметила, как начались разборки между «белыми воротничками» и байкерами. А потом меня вообще оттеснили, и я не смогла понять, как все переросло в драку. В которой участвовали Венцеслав, Геннадий, Коста, его друг Дэн и еще несколько мужиков коллег, и байкеры с другой стороны.
Драка переместилась на улицу, и мы все выбежали вслед за ними. Когда и как все пошло не так?
А самое главное я не знала за кого болеть. Коста и его коллеги вроде как «наши», а симпатия была на стороне веселых шумных байкеров.
К счастью, охрана расцепила всех до того, как кто-нибудь кому-нибудь причинил физический ущерб.
- Красавица! Пенелопа! Последуй за своим Одиссеем! – кричал мне издалека «мой» байкер, которого я толком рассмотреть-то не успела.
Отметила лишь красные длинные волосы, огромный рост и ширину плеч. Рядом с ним я казалась себе дюймовочкой – очень приятное ощущение надо сказать. А уж на руках меня кружили дай вспомнить когда… да никогда! Никогда меня еще не кружили на руках!
Нет, попытка приподнять меня у моего кавалера в школе была. Но что-то там в его спине опасно хрустнуло, и мы не стали дальше рисковать. Больше, даже если такие попытки были, я не поощряла и противилась. А тут даже просто не успела рот открыть. А как легко со мной кружили! Я словно в облаках летала.
- Ветрянка! Ты слышишь меня? О чем замечталась? Бегом марш в машину. Пенелопа, блин…
Я вернулась на грешную землю после танца в облаках и растерянно посмотрела на взбешенное лицо Косты перед собой. Из носа текла юшка, а на левой скуле наливался синяк. Я протянула руку и дотронулась до бордового пятна. Коста резко дернулся и зло процедил:
- Не стой как корова. В машину садись. На сегодня веселье закончено.
Проглотив слезы обиды, я растерянно оглянулась. Коста показывал в сторону черной дорогой машины, которая сейчас горела приглашающим светом из открытых дверей.
- А где Ира? – стала озираться я.
- Там уже сидит. Тебя все ждут. Когда ты от грез очнешься. Пенелопа.
И столько в его голосе было яда и злого сарказма, что я вжала голову в плечи и понуро побрела к машине. Настроение было на нуле. Господи, зачем я вообще сегодня вышла из дома?
***
Как вы думаете, может, Жене стоило уехать вместе с байкером?))
Глава 27
Дорогу до дома мы с Ириной молчали. Она безмятежно, а я дулась как мышь на крупу. Сердце саднило от грубости Косты. Казалось бы, ну плюнуть и растереть, кто он мне? Разве редко я в жизни слышала в свой адрес обидные выражения? И корова была одним из самых безобидных. В конце концов, вы видели когда-нибудь вживую корову? Какие у нее красивые добрые глаза. Уж лучше быть толстым и добрым, чем злым и худым. Но грубость от Косты саднила как-то по-особенному, по живому. Куда делась моя отращенная толстая шкурка?