— Поведай-ка причину, моя воинственная, на твой взгляд, такого желания Ордена свести с тобой счёты, — решил я в очередной раз прощупать Бельскую, которая успешно прошла уже не одну мою проверку, когда я сливал через неё дезу с тем, что явно должно было бы заинтересовать и повлечь активность Ордена, но так как ничего не происходило, то могу с уверенностью судить о том, что эта информация всё же не пошла дальше Таниз.
— Мне, как вы и говорили, Хозя…
— Опять начинаешь?
— Прости, Вило. Так вот, как ты и предупреждал, они неоднократно предпринимали попытки склонить меня доносить о тебе и твоём окружении. После того, как мне даже предложили восстановление в Ордене, причём со всеми подтверждениями того, на меня ещё пару раз выходили. Последний — так и вовсе с бумагами на владение недешевой Лужинской недвижимостью. Но не суть. Орден, если судить по их попыткам, не скупится и весьма заинтересован в получении любой информации о том, кто… эм, так необычно побеждает магов, скажем так. Но я отказалась сотрудничать и, уверяю, даже когда осмыслила, каким образом была сама побеждена, не торопилась с кем-либо вообще делиться своими мыслями, так что их выводы, обусловившие интерес, были сложены и без моего мнения. Орден, очевидно, расценил моё нежелание идти им на встречу как оскорбление, требующее возмездия. Пожалуй, только что мы стали свидетелями по неведомым причинам провалившейся попытки претворить его в жизнь, — закончила излагать обладательница глаз, в которых я, блин, тону.
— Почему никому не рассказала о том, чем я на самом деле тебя одолел? — перевёл я взгляд на грудь, а то трудно связно мыслить, когда она так смотрит.
— Такие знания лучше даже не озвучивать. Целее будешь, — пожав плечами и сложилв руки на груди, точнее под нею, отчего опять стало трудно соображать, изложила свою точку зрения черноволосая.
— А тебе, случаем, не отчужденные у Толстопряжских Лужинские цеха сулили? — раздался из-за спины сосредоточенный голос всё ещё закутанной в простынь Коко, которая не уто́пала к себе, а грела уши.
Пусть мы и не прямым текстом некоторые моменты озвучивали, но всё же не очень я рад её присутствию.
— Именно, — перевела на зеленоволосую свои льдисто-голубые глазища Таниз.
— Правильно сделала, что отказалась. Я тебе потом расскажу, в чём там афера заключалась, землю-то тебе никто же не предлагал, а она там в непростой собственности, — как всегда малоэмоционально похвалила свою тайную страсть изумрудноокая малышка, а затем перевела взгляд и на меня. — И не надо так на меня смотреть, Плут, только дурак не понял, что просто забороть Таниз даже ты бы не смог, а о том, чтобы девятая в рейтинге мечников роняла своё оружие и спотыкалась на бегу — и речи быть не может. Так что: думать надо, прежде чем делать, если не желаешь, чтобы твои действия вызывали вопросы и интерес сильных мира сего. Человек в безопасности, только пока не интересен никому.
Глава 3
— Фух, одолел. Ох и шустрый же попался, — утирая пот, поднимал я свою трость с земли, когда необычайно резвый Средний дух Скверны наконец растёкся потоками слизи, а уничтоженный после зачистки очередной Очаг схлопнулся, оставив меня наедине с щебетанием птиц и шумом ветра в ветвях деревьев.
Да, я, как можно понять, улизнул-таки на поиски нового Очага Скверны сразу после того, как представители студсовета, привлеченные шумом из особняка по соседству, рванули туда, наконец покинув нашу клубную обитель. Искомое я благополучно нашёл в одном из парков на обратной стороне прудов, а обнаружил чисто случайно, когда уже собирался было покинуть территорию Академии и отправиться в город. Почти в сотне метров левее благодаря своему скверноборческому Взгляду я узрел тогда вздымающийся над деревьями пурпурный смерчик, сразу же отметив и сладковатый аромат Скверны, до этого теряющийся в сонме запахов разноцветия здешней богатой флоры.
В общем, подобравшись поближе, я удостоверился, что посторонних поблизости нет, ну и нырнул в Очаг, который зачистил гораздо бодрее чем первый, даже не получив при этом повреждений от аналогично прыгучих «крыс». Вот только с «боссом» вышла заминка, так как этот гад оказался более шустр, чем туша из первого Очага, и пока я не истыкал эту пакость своим верным кинжалом-переростком десяток раз, что не так-то и просто оказалось, с более подвижной-то целью, он никак не желал «сдуваться».