— Я… я с вами, Таниз! — прокричала им вслед, задышавшая наконец зеленоволосая Коко, во всей красе узревшая словно сошедшее с небес столь грозное и прекрасное черноволосое воплощение, по её мнению, самого совершенства, к коему после сегодняшних странных утренних событий, сейчас испытывала несоизмеримо большее сердечное томление, побуждающее идти даже на уступки, позабыв о гордости. После чего незамедлительно последовала за удалившимся предметом своих грёз.
— Ты после известий с родины совсем другая стала, — когда остальные покинули купальню, «подплыла» к занявшей место в бассейне флегматичной Милиз неугомонная Мими. — И я тебя понимаю, Милиз. Да, этот внезапный переворот в Синем Королевстве, а значит и верные королеве роды под угрозой, ведь Вольнопольские и их клан Вольничей всегда были в числе тех кирпичиков, на которых зиждилась власть нынешней династии, потому-то все они сейчас на самом острие. И это, безусловно, серьёзное потрясение, мон ами. Но поверь, нет оснований так переживать, ведь всё разрешится довольно быстро, а пострадают лишь мятежники. Не могу сейчас сказать большего, но… Империя не оставит союзную ей монархию. Это всё, что я могу пока сообщить.
— Я не хочу разговаривать на эту тему, Мими. — расщедрилась аж на столько слов Польская.
— Я понимаю, милая. Я лучше чем кто бы то ни было понимаю тебя. Я и сама однажды пережила подобное преображение, став чуть ли не совершенно другим человеком. После одного… эм, потрясения я стала замкнутой и сдержанной, я была чужда удовольствий и радостей жизни, я была тенью прежней себя пока… пока не заглянула в глаза смерти и не поняла, что жизнь мимолётна, и следует принимать её со всей широтой! Только после этого я стала такой… такой, какой ты знаешь меня сейчас. Нет, не прежней, а гораздо лучше! Готовой черпать полной ложкой и с жадностью вкушать всё-то, что можно взять от жизни. И поэтому я ни за что не брошу тебя, дорогая моя, в столь не простой момент твоей жизни. Я помогу тебе, Милиз! — эмоционально, а в некоторые моменты и очень чувственно увещевала Верхская, чуть ли не обжигая своим горячим дыханием лицо с отсутсвтующим видом сидящей по грудь в воде Польской, при этом не забывая удерживать ту за плечи. Ну и за что ещё придётся — в порыве же, вроде как. — Я искренне надеюсь, моя ненаглядная, что сумею заставить тебя «оттаять», и вырву из лап тоски! Ведь я понимаю, милая, почему ты с недавних пор стала ТАК смотреть на «братика»(похихикав), сердцу-то не прикажешь, и хуже нет чем пожертвовать собой, задушить свои чувства, упрятать их в притворстве, отказавшись от того, без чего жизнь не мила. Мы вместе, слышишь, ВМЕСТЕ преодолеем это и добудем НАМ его взаимность(звук влажного поцелуя).
(звук удара костяшками пальцев по гортани и хрип со всплесками)
— А ты забавная, — помогла выбраться из бассейна задыхающейся Мими всё такая же флегматичная Милиз, а затем, внезапно отвесив той игривый шлепок по заду, не изменившись в лице безэмоционально продолжила. — Я, милочка, позволю засовывать себе язык в рот, ну и куда ты там ещё его намеревалась засунуть, только тому, кто это заслужит. А ты — не заслужила. ПОКА.
— Да уж, за такое, дерите меня семеро, стоит побороться, — сипло выдала Верхская, когда спустя несколько минут пришла в себя и смогла наконец издавать вразумительные звука, правда к тому моменту Польская уже покинула купальню. — Что-то аж есть захотелось.
— Готова? Поехали! — дал я отмашку к началу нашего с Лери показательного выступления, когда на следующий день мы находились на одной из малых арен, где должны были продемонстрировать всем желающим прогресс новых членов Клуба Рукоделия, причём одним из участников действа был звезда С-классов, первокурсник и победитель трёх дуэлей с более сильными и опытными противниками, а второй — аж целый Командор, что как бы намекало на то, что даже таким особам не зазорно примкнуть к клубу.
Рекламная акция, короче говоря, а повсеместно растыканная символика Клуба Рукоделия в виде двух белых ладоней на алом фоне золотого щита, в том числе и на груди нашей бордовой студенческой формы — ни в коем случае не даст упустить: куда же нужно обращаться, чтоб стать такими же классными. Мда.
Когда мы начали, чаровал я традиционно, как и положено вертя руками, хотя на самом деле творил плетения «усиками» из ладоней, лишь маскируя привычными рукодвижениями своё нестандартное колдунство. Это ещё и позволяло получать аналогичный традиционным чарам результат, а не тот, более концентрированный, что ли.