Чутка охренев от такого, я замерев с так и не донесённой до колен салфеткой, уставился на побледневшую салатововолосую слугу рода Жаровидских, подобно моей Миро заботящуюся о нашей малинововолосой главе клуба, которая как-никак старшая сестра графини. Девушка, тем временем, вся задрожала и закусив губы даже слегка изогнулась, после чего, потупив забегавшие глазки, присела в некоем подобии реверанса и поспешила исправить упомянутое в замечании.
— И замени салфетки, ты что не видишь, что они измятые! — не сильно сбавив тон, потребовала явно вставшая сегодня не с той ноги Лулиз, после чего обратилась уже к нам, видно что с большим трудом, но восстановив-таки спокойствие в голосе. — Простите. Мне нужно переодеться, цвет ленты в волосах не подходит к времени суток и освещению. Ещё раз простите за ненадлежащий вид.
А я, ещё более охреневая от такого, проводил взглядом едва не срывающуюся на бег девушку, что с царственной осанкой вроде как удалилась. При этом я напрочь успел позабыть о собственном «ненадлежащем» виде и настойчивой просьбе исправить сие упущение, хотя именно этому и удивился вначале, пока не был сбит с толку невиданными ранее криками её сиятельства. А одет я, к слову, был как и обычно, только не стал надевать галстук и застёгивать верхние пуговицы. Мда уж.
— Девочки, миленькие, ещё той вкусняшки. Умоляю! — продолжалась какая-то дичь за столом, ибо аловолосая Мимин Верхская сегодня не просто наслаждалась кулинарными изысками, изрядной поклонницей чего всегда являлась, а просто-таки жрала! Она с чавканьем и чуть ли не стонами, правда удивительно аккуратно и с применением всех положенных приборов, поглощала блюдо за блюдом, угрожая оставить сегодня без завтрака остальных. А после того как Мими «взмолилась» о добавке, обращаясь к прислуживающим за столом девушкам, то обретя желанное с придыханием обратилась к одной из них. — Дори́з, лапочка моя, ты сегодня просто превзошла саму себя. Тот соус — просто манифик*. Там не осталось ещё чуть-чуть?
* Напомню, некоторые понятия, меры, выражения и крылатые фразы, в том числе и из уст аборигенов, я даю в привычном или понятном нам виде, а порой и для большего колорита.
— Я сейчас ещё приготовлю. Я быстро! — находясь явно не в себе, суетилась забавная малышка с непослушными короткими каштановыми волосами, такая же слуга рода, на этот раз Разноверхских, аловолосая сестра баронессы коих сейчас как раз так упорно опустошала продуктовые запасы.
— Стой, Дориз(икнув). Принеси сначала ещё Коттайского, а то эта бутылка уже опустели, — несколько раскоординированно, но всё же успешно ухватив за рукав ускакавшую уж было девчонку, неуверенным, однако настойчивым голосом потребовала синеволосая Молин Дарская, определенно самолично всосавшая содержимое упомянутой стеклотары, причём невзирая на ранний час. — И поторопись там(икнув).
— Ой, я сейчас, я быстро! — позабыв о прошлом стремлении, мигом переключилась на новую задачу шальная малышка, определено, как впрочем и все остальные здесь, вставшая сегодня не с той ноги.
— Всё потом, Дориз! — не дала умчать с новым поручением несчастной девчонке зеленоволосая Кокот, которая просто-таки липла к будто бы пребывающей в прострации черноволосой Таниз. — Дуй в аранжерею и срочно срежь дюжину бордовых Больфикокусов. Да смотри, чтоб они пахли… пахли… не хуже чем волосы моей…
А дальше студентка Терпская что-то невразумительное промурлыкала на ушко никак не реагировавшей, пожалуй уже даже готовой пускать слюну изо рта, студентке Бельской.
— Да-да, я сейчас. Я быстро! — продолжила метаться Дориз, которой, судя по всему, это вот всё доставляло некое извращённое удовольствие.
Сама же черноволосая вторая дочь баронессы Разнобельской, внезапно вскочила во все свои сантиметров так под 180, нечаянно при этом оттолкнув зеленоволосую малышку, дочь наследницы баронессы Жаротерпской, ну и хрипло выдала:
— Мне нужно кого-нибудь прирезать… Орден! Вырежем их всех. Твари! Не позволю, не отдам, он мой! — и давай своим шальным взглядом пронзительных льдисто-голубых глазищ пыриться на, даже сглотнувшего от такого, меня.
Меня, который, будучи вдруг привлечён столь неожиданной активностью до этого пассивной Таниз, смог наконец оторвать свой обескураженный взор от выглядывающей из-за угла шоколадноволосой Миро, чьи затуманенные глаза бесстыже пожирали несчастного меня, щёки разрумянились, дыхание было учащено, а сама она как-то специфически двигала плечиком своей правой руки, пусть и скрытой сейчас стеной, но не трудно понять что делающей в данный момент. Сюр, блин, какой-то.
Да что здесь за дичь творится-то! Сначала какой-то гипертрофированный педантизм, затем, похоже, мазохизм, после явное чревоугодие, далее определённо потребность в одобрении и нужности, так сказать, в догонку неслабый такой алкоголизм, если этого было мало, то нате вам нетрадиционная похоть, а рядом ярость вперемешку с ревностью, что ли, и в придачу ко всему традиционная похоть, причём неконтролируемая! И это я пока не спустившуюся к завтраку Милиз, в смысле модифицированную Жолин, ещё не видел. Да и златовласка Лери уже, слава режиму, умчала с новенькими на тренировку.