На счёт денег. Я сейчас достаточно состоятельный господин, поэтому могу себе позволить летать китом и ездить паровозом, а сейчас и вовсе покачу на самобеглом экипаже, если, конечно, таковой найдётся в этой дыре, где кроме меня, пожалуй, более никто и не сходил, а остановку сделали скорее всего «по требованию».
Мда, конспирация-с.
Так вот, деньги у меня завелись, когда Академия в награду за то моё геройство в столовке, когда я спас честь Лери и репутацию своей альма-матер, вернула треть стоимости моего обучения. А эдакая скидка — это вполне себе капиталец в пять тысяч Серебряных.
Да и моя доля трофеев от штурма Зала Боли, должна выйти приличной, ведь помимо всевозможной запрещённой дури там присутствовала довольно крупная партия того, что в Империи может продавать лишь государство, поэтому всё такое у нашего клуба оно и выкупит, пусть и не по самым выгодным ценам. Хотя я, всё же, подумываю взять свою долю артефактами, так как музыкальный шарик, способный ставить приличное такое звукопоглощающее поле, да и тот другой, который вентиляцию обеспечивает — весьма и весьма мне интересны. Всякие там самодвижущиеся писюны из шкафа брать не стану, и не просите. А вот диадему Толстородских я бы и рад прибрать, на что имею полное право, но дабы не попасть в череду дуэлей со всем их родом, придётся всё же отдать этот древний фамильный артефакт за выкуп, как тут и принято.
Так что с финансами у меня весьма неплохо, а будет ещё лучше, потому как я знаю, где схрон, в котором Толстобольская хранила свою резервную казну, а там тысяч под пятьдесят будет. Часть золотом.
Что ж, проводив взглядом отбывающий паровоз, почему-то испускающий зеленоватый дым, я отметил схожесть конструкции с привычным, хоть и знакомым лишь по кино да картинкам, Земным его аналогом. А затем, одёрнув свой лиловый в широкую голубую клетку с узкой бордовой полоской дорожный костюм высокой ценовой категории, водрузил на рыжую кдрявую голову пурпурного цвета котелок с роскошным фазаньим пером и, огладив усы не менее рыжей густой бороды, направился к привокзальной площади, где и планировал воспользоваться услугами здешних «бомбил».
Ну да, я ж инкогнито как-никак путешествую, и купленный по сходной цене театральный реквизит весьма в этом способствует. Паспорт тут не требуют, а то, что на кит садился моложавый седоусый мужчина в дорогом коричневом костюме, а уже на поезд — два глаза и нос из торчащего во все стороны рыжего «гнезда» в попугайской расветке модном костюмчике — так мало ли кто они такие, платят же неплохо да и одеты весьма прилично, пусть рыжий слегка с перебором.
Особой же приметы в виде бордовой трости из диковинной травы, что произрастает в колониях, при упомянутых господах не имелось, так как я попросту не стал её брать, ибо путешествовал в ипостаси совершенно здоровых мужчин, а в качестве оружия она даже уступает моему, способному не замечать магозащиту, внезапному мечу из инвентаря, которым, правда, я не волен свободно орудовать, разя НПСов и рискуя быть отброшенным назад в своём игровом прогрессе вследствие штрафа.
Примерно так.
Подходящего «такси» не оказалось, поэтому на финальном этапе своего путешествия великолепному виду из коляски на пердящий зад лошади я предпочёл иного рода удовольствие, арендовав неплохого гнедого жеребца. Как раз в конторе тут же при вокзале это было возможно, пусть и пришлось оставлять приличную сумму в залог, отказавшись от операций с чеками, где необходимо указывать имя.
И да, я не здесь освоил столь уже экзотический для Земли транспорт, а ещё там ездил верхом, когда был ходячим, понятное дело. И как сказала та девчонка, с которой я как раз встречался на том этапе своей жизни, и ради которой записался в одну с ней конноспортивную школу: «У тебя, Золин, талант! А Персик так вообще душу готова отдать, чтоб с твоих рук яблоко получить.» Мда.
Здешние коняшки, конечно, помельче будут, чем те «слонопотамы» что были у нас, но физиологически ничем не отличаются. Те же четыре копыта, два уха, хобот. Шутка.
В общем, спустя около часа я уже был у ворот того загородного безымянного поместья, где и размещалась скотоферма Толстобольской.
— Вам кого, сударь? — недобро сверлил меня взглядом краснорожий крепыш на въезде, пока остальные четверо, если судить по данным Видения: Рыцарь и три Сержанта, были готовы если не забросать меня чарами, то резво сблизиться и истыкать клинками, как только я дам им повод к тому.