-Я не не буду рядом с ней. Я всегда буду с ней, - он встал напротив меня и только сейчас я понял, насколько он большой. Похож был на огромного медведя гризли. И ведь не скажешь, что они родственники.
Она маленькая, хрупкая и беззащитная. Хотя и не дает себя в обиду никому. А он был огромным, на массе. Лицо было добрым только для сестры, для окружающих он не улыбался.
-Я не собираюсь враждовать. Или делать ей больно…
-Слушай, малец. Не берись за то, что не сможешь контролировать. Ее оберегать – моя роль. Не твоя. Только если ты…- он посмотрел прямо в мои глаза. Я немного стушевался, но отступать не собирался.
-Я готов на все… ради нее, - я не мог признать себе этого несколько дней с нашего с ней знакомства. И только после того, как увидел ее идущей в парке возле ее дома, решил, что пора начинать наш спор. Но эта девочка меня удивила, начав все первой.
-Имей ввиду, я всегда за тобой слежу. Точно так же, как это делает она, - кивает на Марину, следя при этом за моей реакцией.
Следила? Каким образом? Я знал, что она отличный айтишник, но не думаю, что она бы докатилась до слежки. Или она могла?
-Я расскажу. Но я не имею права говорить об этом один.
Он вышел с комнаты, и я пошел за ним. На кухне были их родители. Мать сидела, что-то печатая на ноутбуке. И звук стука клавиш был не очень приятным. Он был быстрым и яростным. Их отец стоял позади жены и смотрел в ноутбук, попивая кофе.
-Нашла? – поинтересовался мужчина, хмуро смотря на экран.
-Есть! Гаврилов Федор, - радостная женщина потянулась, а муж ее поцеловал в лоб.
-Умница.
-Ма-а. Что делаете? – Марк садится напротив родителей. Я все так же стою в проеме двери, -Ты тоже садись.
Я сделал так, как сказал Марк. Не решался просить во второй раз рассказать мне историю Марины. Он сам сказал, что расскажет только с родителями.
-Твой друг? – интересуется мужчина, -Алексей, - тянет мне руку для пожатия. Я жму ее, представляясь. Так же делаю с Александрой Юрьевной.
Оказывается, Марина больше похожа на своего отца. Удивительно.
А Марк на маму.
-Нет, не мой. Марины. Обещает охранять ее, как верный пес, - усмехается, пиная меня в ногу своим коленом.
-Да, обещал, - недовольно смотрю на Марка.
-Так что вы там нашли? – Марк заглядывает в ноутбук матери.
-Того, кто решил испортить кофту моей дочери, - если их папа был спокойным и скупым на эмоции, то мама была бомбой быстрого действия. Эмоции были яркими, сильными и заразительными.
Мама ее плохо говорила на русском. Папа же наоборот, очень хорошо говорил. Алексей явно был русским, в то время как мама больше была похожа на азиатку. Узкие глаза, светлая кожа.
-Вы так быстро его нашли! И где эта мразь? Я лично ему его кофту испорчу, - Марк грозно смотрел за спину родителей, и я понимал, что пахнет жареным.
-Нет, сына. Мама сама его накажет. А ты просто смотри и запоминай.
Около получаса мы сидели за столом. Александра Юрьевна налила нам чай, предложив сладкое. Так как я не ем сладкое, я пил один лишь чай. И тогда началась история о том, почему Марина так отреагировала на порезанную кофту и всю дорогу говорила, чтобы ее не оставляли одну.
Я сидел, держа в руках кружку с чаем и с каждым словом удивлялся все больше и больше. С виду Марина была довольно - таки сильной и смелой. Я бы и не сказал, что она пережила такое.
-Что думаешь? – Алексей смотрел на меня своим пронзительным взглядом. Сразу было понятно, что грозный взгляд Марка от его отца.
-Я буду оберегать ее настолько насколько смогу.
-Нет. Ты будешь ее оберегать, - Марк смотрит на меня, своим грозным взглядом.
Я кивнул, понимая, что теперь мне нужно как-то наладить отношения с Мариной. Чтобы стать ей хотя бы другом. Но как это сделать?
10. Марина
Марина Буршина.
Глава десятая.
Отмена.
Утро началось ужасно. Голова болела. Лицо было немного опухшим от слез. А подушка была мокрой. Этой ночью мы спали вместе с Марком. Мне было страшно лежать одной. Я проснулась ближе к двенадцати и поняла, что мне кто-то ходит за окном и ищет меня. Марк лежал в своей комнате, переписывался со своей девушкой. Я подошла к нему с подушкой в руках. Он сразу же откинул свое одеяло, и я прильнула к нему, обнимая. И так я уснула. Но вчерашний страх давал о себе знать.