Марк взял мои сумки, и мы на лифте поднялись в квартиру. Те же стены, тот же свежий запах, напоминающий свежесть сирени в апреле, все та же мебель. Ничего не изменилось в этой квартире за пару месяцев моего отсутствия.
-Чай? – Поинтересовалась я.
Марк кивнул, отводя взгляд. Он отнес мои сумки в комнату и через пару минут вернулся. В это время я уже накрыла на стол что только смогла найти на кухне из сладкого и не только. Налила две чашки чая.
-Как курс? – Марк поднял на меня свой тяжелый взгляд. Иногда казалось, что со временем мне подменили озорного мальчика, который любил подшучивать надо мной. Ставить подножки, кидать в меня мяч, но при этом не давать меня в обиду. Говорил, что только он может меня задирать и никто больше.
-Нормально. Уже не так бурно реагирую на дождь, грозу и тому подобное. Психолог говорила что-то про то, что мне все равно нужно ходить к психологу. Но время от времени, конечно.
Конечно же, я умолчала о том, что она говорила найти то, что поможет мне выходить в дождь без каких – либо мыслей. Вот просто взять и выйти в дождь. Сейчас я могу это сделать, но только если кто-то будет со мной.
А еще она говорила о том, что приступы могут повторяться, если я не пойму, что это все ерунда, если я не приму это. Она даже намекала про человека, который мог бы мне помочь. Ясное дело, что этот кто-то парень, которого я буду любить и который будет любить меня.
Не хотелось говорить брату, как я билась в своих мыслях. Застряла настолько, что с курса в два месяца, оно растянулось на целый год. Весь этот год я не общалась ни с кем из своей родни, ни с друзьями, ни с Диной. Ни с кем. Если изначально я сама этого не хотела, то потом решила, что лучше закончить курс спокойно и потом вернуться здоровой домой.
Каждый день казалось, что кто-то следит за мной. Что кто-то смотрит на меня со всех сторон. А я не видела кто там. Не знала кто это. Иногда мои приступы достигали такого уровня, что я не могла ни говорить, ни дышать. Я ничего не слышала, что мне говорили. Не знала кто со мной говорить. Пару раз были попытки покончить самоубийством. В те моменты, я не могла уже терпеть эти голоса в голове. Они меня очень сильно напрягали. Я начинала дрожать от одного голоса в голове. А когда их становилось несколько – появлялось сильное желание разорвать эти связи с голосами. И единственный путь, который смог придумать мой мозг – было самоубийство.
— Это хорошо. Дина просила тебя заехать к ней. У нее для тебя там какой-то подарок есть, - Марк усмехается, а я не понимаю почему. Что за сюрприз, что это заставило Марка так оскалиться.
-Хорошо.
-Поедешь одна? Или тебя отвезти? – Марк отпивает глоток воды, смотря на меня исподлобья.
-Сама поеду. Давно за рулем сама не сидела, - отпиваю глоток чая и встаю со стола.
Если уж Дина позвала меня, значит обязательно нужно ехать. Я вымыла за собой чашку. Горячие струи воды меня всегда успокаивали, поэтому возле раковины я проторчала достаточно долго. Марк все это время ничего не говорил. Молчал.
В своей комнате я переоделась в джинсы, облегающий свитер белого цвета с черной надписью: «I’m insane». На плечи накинула кофту, так как на улице начинало холодать. Осень уже вступала в свои законные права. Если днем было достаточно тепло, то сейчас, вечером, холодало настолько сильно, что пробирало всю кожу. Холодный ветер проникал под одежду и уже ничего не грело.
-Телефон заряжен? – в проеме двери показался брат. Он уже переоделся. Стоял в футболке и в джинсовых шортах.
-Заряжен. Зарядку взяла. На звонке экстренного вызова стоит твой номер телефона. Второй телефон тоже с собой. Электрошокер тоже, - последние два пункта были шутками. Я знала, что брат переживает обо мне. Но я не могла не подшутить над его гиперопекой.
-Очень смешно. Держи ключи. Если что звони, - Марк протянул мне ключи от моей машины и поцеловав меня в лоб, ушел к себе.
Немного смутившись его действием, я направилась к выходу из квартиры. Вниз я спускалась на лифте. Машина стояла на привычном для нее месте на парковке. Нажав на кнопку, чтобы открыть машины, авто просигнализировало о том, что она открыта. Пару раз моргнули поворотники и только потом я села в салон.