Он усмехается и качает головой.
— Всегда говорила, что когда-нибудь откроет свою мастерскую. А я ей обещал, что сделаю для неё идеальное место. Светлое, просторное, с кучей инструментов. Чтобы она могла творить, не отвлекаясь ни на что.
Проводит рукой по столу, будто проверяя гладкость дерева, но на самом деле я знал, что ему нужно было что-то держать в своих руках. И он ощупывал дерево, дабы не сбиться с мысли.
— А потом её не стало. Внезапно. Глупо, несправедливо.
Али смотрит на меня сканирующим взглядом. Я немного напрягаюсь под его таким взглядом. Смотрю в упор, и он отводит взгляд на некоторое время. Я не хотел его перебивать. Я знал, что он хочет рассказать мне и лучше мне не мешать ему.
— Я не дизайнер. Не художник. Но я могу делать вещи, воплощать чужие идеи. И, может быть… —Али вздыхает, делая тяжелый глоток воздуха, — Если я сделаю достаточно, если буду работать достаточно усердно… я наконец почувствую, что сдержал обещание.
Казалось, что он рассказал мне самое сокровенное. То, что он долгое время держал в себе и наконец решился поделиться, облегчить свои мучения.
-Я подумал, что, возможно, ты здесь по похожей причине. Возможно, у тебя есть девушка, которую ты любишь и которую ты не можешь забыть. Возможно, ее больше нет, - от этих слов меня передернуло, -Нет, она жива. Это хорошо. Тогда, возможно, вы поругались? Нет? Она полюбила кого-то другого? И ты решил оставить ее в покое, и чтобы облегчить свои мучения с появившимися с чувствами, ты приехал сюда, в эту тишь?
Я поразился тому, как он смог сделать вывод так быстро. Мне казалось, что я не выдал себя. Не выдал то, что он прав. Но Али это не было нужно. Он усмехнулся. Похлопал по плечу и сказал:
-Если честно, я настолько ее люблю до сих пор, что ни разу ни на одну девушку не смотрел, как на девушку, как на мою жену, как на мать моих детей. Наверно, если бы она была жива и я, как ты, сбежал бы от нее в другую страну, я бы мучился каждый день. Не понимаю, как ты еще держишься.
Я сам не знаю, как я выдержал эти два года. Не рванул к ней, не обнял, не тряс ее за плечи, спрашивая почему она так решила поступить, когда у нас только начало все зарождаться. Сомневаюсь, что она ответила бы на все эти мои вопросы. Даже сейчас я вижу ее этот взгляд победительницы. Возможно, все это было игрой. Возможно… Нет, я проиграл, и я давно отправил ей документы на машину. А в бардачке она найдет все, что так хотела.
-Мне плевать. Я ухожу. Устал.
Беру еще пару кусочков банана и яблока и ухожу. Только я делаю два шага вперед, как перед глазами появляется она. Ее короткие мальчишеские волосы стали длинными, каре. Губы расплываются в улыбке, и я делаю еще один шаг к ней. Я совсем не моргаю. Тяну руку к ней. И в этот момент моргаю. Ее силуэт расплывается между глазами. Нет, она стоит тут. Точнее девочка с такого же цвета волосами, с каре. Я опять обознался. В очередной раз за этот вечер.
-Я слишком устал, - тру переносицу и направляюсь в дом.
Дома я завариваю себе крепкий черный чай и сижу на кухне с тарелкой печенья. Мысли забиты тем, как я пару раз путал совершенно непохожих на нее девушек с ней же. Неужели это последняя стадия чего-то там? Когда я уже мозгами погряз в ней? Скорее всего. Еще один год и, думаю, точно смогу забыть ее.
Выпив чай, я направился в свою комнату и бросил рубашку на спинку стула, провёл рукой по лицу. Чёрт, устал. В комнате было тихо, только свет от фонарей медленно скользит по стенам. Я опустился на кровать, натянул одеяло на пояс, закрыл глаза.
Сон накрыл быстро.
Сначала – тепло. Мягкий свет, неясные силуэты, музыка где-то на фоне. И Марина.
Стоит спиной, волосы собраны в небрежный узел, несколько прядей выбились и ловят свет. Я слышу её смех – тихий, лёгкий, будто кто-то только что рассказал ей что-то забавное. Она поворачивается, и в глазах тот самый взгляд – хитрый, цепкий, изучающий.
— Ты опять меня преследуешь?
Она делает шаг назад, и я иду за ней, даже не думая.
Тянусь к ней, желая поймать за запястье, притянуть ближе. Но пальцы касаются пустоты. Будто то, что я сейчас видел, никогда и не было. И не будет.
— Марина…
Она словно дым – растворяется, оставляя после себя только лёгкий, терпкий аромат.