— А что за материал использовали для корпуса? — поинтересовался я у адмирала.
Тот пожал плечами и ответил:
— Корпус композитный, какая-то современная разработка. Как мне объясняли здесь и керамика, и сплавы, и полимеры. Могу, что-то путать, поэтому за подробностями не ко мне. Всё что я знаю, обшивка выдержит даже в фотосфере Солнца. Правда недолго.
Корабль впечатлял не только своим внешним видом, но и внутренней начинкой, техническими данными и вооружением. Энергетическая установка состояла из основного термоядерного реактора и двух вспомогательных атомных. По словам Дима всё сделано если и не идеально, то очень хорошо. Одним словом, российские атомщики умеют делать надёжные устройства. Плазменное сердце могло снабдить электричеством крупный мегаполис на Земле или обеспечить корабль энергией для скольжения к другим звёздам.
Местный лазарет хоть и не отличался размерами, по оснащению не уступал медчасти на «Дмитрии Донском». Здесь даже свой мобильный медицинский комплекс имелся, какого нам так не хватало когда-то на Джамбере-13. Но больше всего нашего доктора Шнайдера удивила и впечатлила биологическая лаборатория.
— Такое чувство, что кораблик должен заниматься поиском жизни на других планетах, — растеряно сказал Лео, — а не работать в косморазведке.
— «Ноябрь» является многофункциональным сверхмалым косморазведчиком, — тут же ответила Брина. — Звездолёт способен…
— Брина, хорош уже, — словно протестуя Лео замахал руками. — Мы поняли, что ты крутая девочка.
— Оу, спасибо за комплимент.
Чувствую с Бриной нам скучать не придётся. Посмотрел бы я на того, кто додумался установить на «Ноябрь» искусственный интеллект с высоким коэффициентом эмоциональности. Самое интересное — отключить нашу девочку невозможно, без неё звездолёт не сдвинется с места. Будем надеяться, что мы найдём общий язык.
Перечислять все достоинства корабля можно бесконечно долго. Кажется, сюда впихнули всё для комфортного проживания. И полноразмерные одноместные каюты с санузлами и душевыми. Небольшой спортзал и кают-компанию с кинозалом и библиотекой виртуальных реальностей для отдыха. Но всё это ни в какое сравнение ни шло с рубкой управления, она же капитанский мостик в просторечье, куда я поднялся в первый день знакомства с кораблём и замер от восхищения позабыв о дыхании.
Если термоядерный реактор — это сердце корабля, то капитанский мостик это его мозг. Нет, не надо мне рассказывать про гель-кристаллы, на которые записан программный код искусственного интеллекта. ИИ без человека ничто, как бы кому не грезилось другое. Именно на капитанском мостике принимаются важные решения, отдаются команды, делаются выводы. Именно здесь сосредоточенны все рычаги управления кораблём.
Капитанский мостик «Ноября» поражал своим чрезмерным простором и в тоже время утилитарностью. На нашем погибшем кораблике мы с трудом пробирались к своим креслам по очереди. Здесь же спокойно могли расхаживать перед стеной, завешенной мониторами, хоть все сразу.
В рубке четыре кресла для экипажа явно не типовой компоновки. Кроме стандартных гравикомпенсаторов и нейроинтерфейсов, конструкторы засунули сюда и мини медблок, и контейнеры с пищевыми рационами. Можно хоть месяц с места не вставать. Если только встроенный гальюн не накроется раньше.
Придя в себя от увиденного, я неторопливо занял место капитана. Рядом в кресле навигатора разместилась Кира.
— Как тебе? — спросил я.
— Это восхитительно, — выдохнула девушка. — Я на таком корабле только мечтала полетать.
— Видимо корпусу Косморазведки удалось осуществить твою мечту, — усмехнулся я.
— Хочу попробовать его в свободном полёте.
— Подожди пару дней. Прыгнем к Долбору и, пока «Дмитрий Донской» пополняет запасы, опробуем «малышку» в работе.
— Протестую, я не «малышка», — тут же вмешалась Брина.
— Бри, не будь занудой, — хмыкнула Кира. — Мы не про тебя, а про корабль.
— Я и корабль единое целое. Он часть меня, он моё тело, я его разум.
Подложили нам «свинью» с искусственным интеллектом. Теперь никто не знает, что делать и как с ней быть.
Почему нам пришлось пополнять запасы я у адмирала не спрашивал. Возможно, на Долборе мы взяли борт не только продовольствие? Не знаю. Всё это очень странно, учитывая тот факт, что крейсер класса «призрак» способен находится в автономном полёте месяцами. Тем не менее факт остаётся фактом. В системе Долбора мы зависли на пару суток.