Холодная, каменистая планета вращалась вокруг красного карлика. Сутки здесь длились почти тридцать пять земных. Во время длинного дня тусклое алое солнце прогревало планету в лучшем случае до плюс двадцати и то в районе экватора. Ночью температура опускалась до минус семидесяти в полярных областях. В тропиках было теплее, градусов на тридцать.
Идея колонизировать Долбор могла появиться только в воспалённом сознание сумасшедшего. Во вселенной есть куда более благоприятные миры для жизни. От забвения планету спасло лишь то, что она находилась на пересечении нескольких звёздных маршрутов. Международными усилиями здесь построили небольшой городок под куполом и несколько верфей на орбите, для обслуживания и ремонта звездолётов.
Население на Долборе порядка пяти тысяч. Да и то в основном временщики, вахтовики. С развлечениями и достопримечательностями не густо. Поэтому на поверхность мы не отправились. Тем более «Ноябрь» нуждался в обкатке. Отстыковавшись от «Дмитрия Донского» мы рванули от точки перехода к эклиптике, стараясь держаться подальше от оживлённых районов.
— Давайте опробуем нашу малышку, — сказал я, когда «Дмитрий Донской» превратился в еле различимую точку на наших мониторах.
— Прокатимся с ветерком, — сказала Кира.
— С ветерком не получится, — столь ожидаемо вмешалась в разговор Брина. — Напомню мы находимся в безвоздушном пространстве. Если же вы имеете ввиду звёздный ветер, то и здесь нам не повезло. Мы находимся очень далеко от местного светила и звёздный ветер здесь слабый.
— Она ещё и занудная, — хмыкнул Лео.
— Я не занудная, я просто уточнила. Обидно.
— Отставить, — вмешался я в разговор. — Брина, «прокатимся с ветерком» это устойчивое выражение, когда люди хотят сказать, что предстоит быстрое передвижение.
— А, поняла. Учту.
— Если все всё поняли, — сказал я, — то давайте прокатимся до ближайшей планеты. Там есть несколько спутников. Устроим манёвры вокруг. Всё лучше, чем просто в пустоте болтаться.
— Ближайшая планета Долбор-7. Класс: Мининептун. Имеет каменистое ядро в оболочки из смеси аммиака и льда. Атмосфера плотная, состоит преимущественно из водорода и гелия. Вокруг планеты вращаются пять крупных спутников. Точное количество мини спутников неизвестно, но их не менее семнадцати. Расстояние от нас до…
— Брина, спасибо тебе за лекцию, — улыбнулся я. — Мы знаем расстояние до планеты.
Дорога до местного мининептуна заняла у нас примерно два часа. С полчасика мы ускорялись на 3G. Потом плюнули и перешли на комфортную единичку. Где-то на полпути «Ноябрь» развернулся, и мы начали тормозить.
Внутрисистемные полёты это те ещё чудеса на виражах. Разгоны и торможения, гравитационные манёвры, петли, уклонения от несущихся на встречу астероидов и многое другое. Здесь некогда зевать и хлопать глазками. А хорошему пилоту всегда нужен хороший навигатор. От слаженных действий этой парочки зависит очень многое, зачастую жизни всего экипажа. Мы с Кирой понимали друг друга с полуслова. Она прокладывала наиболее оптимальный курс, а я вёл по нему корабль. Даже самые сложные маршруты у нас получались запросто.
На этот же раз ничего необычного выдумывать не пришлось. Разгон и торможение фактически по прямой, с небольшой петлёй вокруг мининептуна. А в конце маршрута, словно вишенка на торт, невесомость. Вопреки распространённому заблуждению современные космонавты не так часто её испытывают. Большую часть времени мы или ускоряемся или тормозим. А если никуда не торопимся, то стараемся путешествовать с комфортом. Поэтому обычно корабли летают на комфортной еденичке.
«Ноябрь» завис на орбите Долбора-7. Назвать её мининептуном можно только с большой натяжкой. Скорей уж холодная суперземля. Отсюда местное солнце выглядело, как очень яркая красная звёздочка на небосклоне. В эти края она ещё приносила свой свет, но не тепло.
В нескольких тысячах километров под нами в толще бледно голубой атмосферы полз огромный белый паук циклона. Даже с этого расстояния можно различить маленькие искорки на самом деле исполинских молний.
Заворожённые невероятным зрелищем мы все обратили взоры к главному экрану.
— Как же это красиво, — прошептала Кира.
Согласен. Возможно, кому-то зрелище и покажется банальным. Но я никогда не смогу перестать восхищаться подобными картинами, порождёнными безудержной фантазией нашей вселенной. Во многом похожая на тысячи подобных миров планета обладала своей заметной немногим индивидуальностью. Подобным зрелищем можно любоваться бесконечно долго. Несмотря на это я переборол себя и сказал: