В целом место своеобразное, но жить можно. Особенно современному человеку, который куда более приспособленный, чем его предки из докосмической эпохи. А значит и мы справимся. Всего-то жёлто-зелёный индекс, а не жёлтый, и уж тем более не жёлто-красный.
Куда больше меня беспокоил ближайший космос. Пространство вокруг Тейи забито космическим станциями, городами-кольцами и космическим транспортом всех видов и размеров. Адмирал обещал устроить в системе такой переполох, что мы сможем проскользнуть незамеченными. Но, как говорится, на помощь надейся, да сам не плошай.
Имелись ещё несколько моментов, которые не давали покоя ни мне, ни всей нашей команде. Насколько случайно мы оказались в одной системе с «Дмитрием Донским»? Мы взяли небольшой подряд от военно-космических сил России на установку разведывательных зондов. Их ставили на всякий случай, по принципу «мало ли». Кира подметила точно — вторжение шло с другого края обитаемого сектора пространства. В этом секторе космоса отрешённые появлялись редко. Но иногда с ними сталкивались, почему и устанавливали зонды в безымянной системе.
Казавшаяся абсолютно безопасной операция для нас обернулась потерей корабля и фактической мобилизацией на военную службу. Произошедшее либо досадная случайность, либо Шнайдер прав и нас жёстко подставили.
Из раздумий меня вытащил голос Брины:
— Замечен большой транспортный корабль. Идёт курсом к Точке перехода. Класс: «ковчег». Название: «Сеятель».
— Откуда ты здесь взялся? — задумчиво сказал я, глядя на большой экран.
Брина заботливо вывела изображение приближающегося транспортника. Больше всего он походил на исполинских размеров толи гриб, толи зонтик. «Шляпка» служила защитным экраном от разного мусора, встречающегося на пути. Из расположенных на корме дюз вырывалось пламя, которое выжигало сам вакуум, заставляя виртуальные частицы двигаться в безумном танце, рождаясь и умирая вновь и вновь.
Что же ты везёшь? Класс «ковчег» значит на борту какая-то живность. Растения и животные для терраформирования новой колонии? Или может быть проще — человеческие эмбрионы. Учитывая название — верным вполне может оказаться последний вариант.
— «Сеятель» изменяет траекторию полёта.
Синяя пунктирная линия на экране начала двигаться в сторону. Вскоре стало понятно, что курс корабля пересекается с нашим.
— Брина, они могут нас видеть?
— Это маловероятно Мы находимся в режиме «призрак».
— Девочка моя, а включи-ка общую связь.
— Включаю. Говорите.
— Внимание. Это капитан «Ноября» Глеб Корсаков. Всему экипажу немедленно подняться на капитанский мостик. Пассажирам немедленно занять свои места. Возможны перегрузки.
Шнайдер и Иванов примчались меньше, чем через минуту. Пока парни занимали свои места, на мостик вбежала Кира. Судя по мокрой голове, тревога застала её в душе. А свой любимый белый комбинезон она надевала в спешке, не успев застегнуть до конца замок. Блин. Если она продолжит так ходить дальше по кораблю здесь точно кто-то передерётся.
— Что случилась? — спросила Кира, усаживаясь в кресло навигатора.
— У нас гости, — ответил я, кивнув на главный экран.
— Транспортник? Так пусть себе идёт своей дорогой.
— На подлёте к Точке перехода он изменил курс и сейчас движется в нашу сторону.
— Точно. Может просто отойдём в сторону?
— Сейчас попробуем, но уверен это не поможет.
— Я сразу говорил, эти военные втянут нас в неприятности, — заявил Шнайдер. — Не надо было с ними связываться.
— С чего ты взял, что это из-за них? — спросил Дим.
— А из-за кого? Могли спокойно сейчас грузы на Периферию таскать.
— На чём бы ты их туда таскал? — спросила Кира. — Если не помнишь, мы потеряли за последний год два корабля.
— Надеюсь, меня вы не потеряете, — вмешалась в разговор Брина. — А то какая-то нехорошая тенденция у вас вырисовывается.
Иванов нервно хихикнул, Шнайдер нахмурился, а Кира расплылась в улыбке.
— Мы сделаем всё возможное, чтобы не потерять тебя, Брина, — сказал я. — Шнайдер, хорош упаднические настроения в массы нести.
— Есть, — тут же откликнулся Лео.
— Брина, пассажиры все заняли свои места?