И ему надо было как-то влезть внутрь.
Когда он озвучил свои сомнения Хараде, они вдвоем сидели в мастерской, она что-то творила (Ямато был далек от всего технобреда, на котором говорила она с Котобуки, потому мог лишь догадываться о предназначении механизма, который она сейчас потрошила). Не отрывая взгляда, сухо заметила:
— Скорее всего ты все еще числишься в ее системах, как резидент. Я не думаю, что им было дело до вычистки реестра после захвата лаборатории. Считай, у тебя должны быть все ключи доступа. Другое дело, что для этого тебе нужно подключиться к системам, а там высока вероятность, что она либо выжжет тебе мозг, либо вновь попытается забраться в голову.
Так странно было так просто с ней говорить… До сих пор.
Сидя на табуретке рядом, Ямато из-под полуопущенных ресниц наблюдал за проделываемой работой. Он хорошо помнил ту Хараду, что допрашивала его в забегаловке и выбивала дерьмо в ядре «Химико»; сейчас она выглядела совершенно иначе. Дело было даже не во внешних изменениях, что-то в голосе, мимике. Хотя и он сам уже не был тем, кого она когда-то давно встретила. Забавно. Но в то же время жалко: вот так их переломала жизнь.
Он несколько раз смущенно поводил взглядом по комнатушке и обратно на нее, после чего подпер голову рукой:
— Ты думаешь, лаборатория меня все еще пустит?
— Если Такарада остался там… — Харада помедлила. — Он сделал бы лазейку. Умный мальчик.
Это имя не принесло никаких новых воспоминаний; но Ямато смутно помнил, что она уже произносила его — с подобной тоской. Может, они были друзьями? Или же он был тем, кто помог ей выбраться. Об этой истории они так и не говорили, и Ямато предпочел не спрашивать. Не все воспоминания… стоили, чтобы их возвращать.
— На твоем месте я бы не стала туда лезть. Брось это. Разберутся и без тебя.
— Но это моя ответственность.
— Это ответственность Тайтэна, — отрезала Харада, поднимая на него злой взгляд. — Тебе хочется рискнуть еще? Посмотри на себя. Тебе и двадцати нет, а ты весь в шрамах и с таким багажом за плечами. Риск… не всегда того стоит.
На последнем она запнулась и опустила голову вниз. Ямато отвел взгляд.
— То, что Тайтэн чокнулся — тоже моя вина.
— Не ты убедил его сделать это с дочерью.
— Но если бы не я!..
— Ямато.
— Я устал сбегать. Постоянно бегал, и что? Взгляни! Во что это вылилось. То, что с тобой стало — тоже из-за меня, и…
Харада неожиданно нахмурилась. Будто зная, что да, это так, но не соглашаясь.
— Нельзя тащить на себе бремя всего мира.
— Но я должен, черт возьми!
Когда он ударил кулаком по столу, Харада смерила его взглядом. Затем покачала головой, будто вопрошая — кому, кому ты все это должен — но ничего не произнесла более. Дальше они сидели в полной тишине; она, продолжавшая работу, и он сам, сидящий молча. Смотревший в пустоту. Какой смысл был в том, чтобы все вновь бросать? Он должен был добраться до Цубаки. Убить ее лично. Тот факт, что она продолжала агонизировать в виде цифрового призрака даже после смерти — его вина.
Если бы он тогда не полез… Если бы…
Если бы Отора не взломал ему голову…
Но стоило ли винить Отору? Нет, конечно, тот был виноват. О, несомненно. Но отчего-то странное ощущение не покидало Ямато, как фантомные воспоминания, словно его кто-то звал… Словно Отора пришел туда не просто так, будто нити их путей пересеклись не просто потому, что так захотела судьба.
Но почему? Что могло интересовать Отору в таком месте? Это ведь было еще до их знакомства с Ханзе.
Перед глазами вновь стоял облик той женщины, Хорин Аи, тянущей руку…
Неважно. Все это неважно. Плевать, чья это вина. Если его руками были сотворены все те преступления, он все исправит. В конце концов, ничего более и не оставалось. Слишком много он сбегал до этого. И пусть хоть весь мир выступит против, он был готов.