В итоге, они нашли его.
Юноша восемнадцати лет. Айдишник был очевидно фальшивым (распознать это было тяжело, но возможно), и, как заметил Накадзима, вероятно это был один из тех, что готовил им Савада для работы. Образование — отсутствовало. Постоянная работа — отсутствовала. Проживал с сестрой, Сумэраги Юкико. «Юки» значило «снег». Но в карточке клиента значились еще более интересные пометки: амнезия, ставшая результатом взлома головного импланта. Долг Юасе был следствием операции, проведенной три года назад.
Взлом, значит? Слишком много совпадений.
Они вновь сидели в машине, но в этот раз Инари был без портативной деки. Он задумчиво наблюдал за проносящимися за окном небоскребами, рекламами, пока вдали гудела жизнь. Вместе они позвонили этой самой Юкико и договорились о встрече за определенную плату, и сейчас ехали прямо к ней, в трущобы.
— Скорее всего бойня произошла из-за того, что кто-то взломал голову Такигаве, — задумчиво проговорил он, не отрывая взгляда от окна. — А сбежал он лишь потому, что чужая программа отпустила его, и он понял, что наделал. Одно дело — выполнять работу тихо, убивать лишь в крайнем случае, и совсем другое — осознавать, что на твоих руках столько крови невинных людей. Там ведь была не только охрана, но и простые сотрудники. Для мальчишки его возраста это оказалось все слишком.
Ни Накадзима, ни Хэнми не ответили ему. Но оба были согласны.
Машина затормозила у бедного жилого комплекса, где рядом, на пустой парковке, их уж ждали. Молодая женщина с осветленными волосами сидела на качелях, сложив руки у колен, такая, как ее и описывал Савада, и Накадзима слегка поклонился ей в качестве приветствия. Юкико лишь кивнула — казалось, мыслями она была далеко, и от волнения начала накручивать прядь на палец. Сейчас она выглядела обычно, но что-то в манере девиц с Аллеи Снов прослеживалось.
Юкико пригласила их домой, явно не слишком довольная, но понимающая, что некоторые диалоги лучше оставить для кухонь. Когда они расположились за столом у нее в квартире, Юкико заговорила:
— Вы ищите Такигаву? Зачем?
— Окамура-сан хочет дать ему новый заказ, — сложив руки, проговорил Накадзима. К сожалению, в этой компании только он выглядел представительно, а потому говорить умные вещи с умным видом приходилось ему. — Он предпочитает шиноби, с которыми уже имел дело.
— Такигава больше не работает… — покачала головой Юкико и поджала губы. — Мы с ним встретились после… того инцидента. И вот что я услышала.
— Поэтому он сменил имя и стал называть себя «Сумэраги Камуямато»?
Голос Хэнми звучал лениво, будто бы она обронила эту фразу невзначай, и когда Юкико быстро покосилась на нее — в ее взгляде читался испуг. Ее прошлое в «Союзе» давало о себе знать, и как бы она не старалась вывести из себя привычки, те все еще всплывали, как и манера давления. Накадзима грозно глянул на приятельницу и уже мягче добавил:
— Все в порядке. Мы просто ищем его. Если что, передадим Окамуре весть об отказе. Не принимайте это слишком близко к сердцу, мы просто хотим предложить работу, вот и…
— Ох уж этот Окамура-сан, вечно со своими планами… — оборвав его на полуслове, Юкико внимательно посмотрела на них троих. Поджала губы и вскинула голову, взглянув на гостей с величаво-раздраженным видом. — Так и скажите ему, что все. Такигавы больше нет.
— Вы же знаете, он на это не купится, — попытался возразить Накадзима отчаянным тоном, но на него бросили настолько грозный взгляд, что настал его черед вжимать голову в плечи.
— Не купится… Из-за него все это и!.. — не договорила она, после чего сжала губы в тонкую линию и резко встала. Сжала кулаки, и дрожащим голосом, будто не знала, злиться ей сейчас и дальше или заплакать, прохрипела: — Ладно. Раз вы не отстанете, то я заварю чай. Это длинная история.
Отошла в кухонный уголок, пока Накадзима и его коллеги переглянулись.
На вкус предложенный чай был как дешевая синтетическая дрянь. Хотя, чего ожидать от трущоб. Но Накадзима был вежлив, поэтому выпил все без лишних возражений. Как и Хэнми; Инари же пил осторожно, постоянно жалуясь, что для него немного горячевато, хотя, в целом, пил бурду с удовольствием. Вот уж и правда пацан из Пустошей, запросто ел синтетическое мясо и пил эту жижу. Кажется, его поведение, вместе с присутствием, чуть смягчило гнев Юкико. Может, потому что он был мальчишкой. Проекции образов были распространенным психологическим приемом.