— Владимир Ильич, наши бойцы сражались храбро. Мы почти разгромили двадцатитысячную хорошо вооруженную армию противника, но силы были неравны. Лично я уничтожил свыше шестидесяти бандитов. Кого порубил саблей, кого пострелял из карабина. Одно знамя отобрал, да оно осталось в Тамбове в ГубЧека. И мне попало по голове, но я встряхнул головой и прозрел, а коли так, сабля пошла в ход.
— Довольно, генерал. Тебе нужно стотысячную армию иметь, чтоб покорить или даже уничтожить этих непокорных насекомых, кулаков, середняков и прочую сволочь. Я уже не раз говорил: гусский мужик сволочь, он террорист, он лентяй, работать не хочет, любит украсть и, вообще…, он подлежит переселению, уничтожению. Нам нужен новый, пролетарский мужик, тот, на спине которого мы делали революцию. Все, какие, батенька, просьбы.
— Кроме газа мне нужно оружие, много вооружений.
— Минутку… Фотиева, вызови Бронштейна.
— Я здесь, — откликнулся Бронштейн из-за азанавески.
— Сколько мы можем дать генералу Тухачевскому? перечисли, пожалуйста.
— Сорок пять тысяч штыков, десять тысяч сабель, 463 пулемета, 63 артиллерийских орудия, 4 броневых автопоезда, 5 авто бронетранспортеров, 2 авиаотряда, 100 баллонов с газом.
— Очень хорошо. Ты доволен, батенька. Надо уничтожить этих кулаков. Кулаки не наши, кулаки не с нами. Ты, батенька, умеешь обращаться с этим оружием?
— Может, какую брошюрку бы проштудировать, у вас она должна быть, Владимир Ильич.
— Она есть, — сказал Ленин, извлекая потрепанный журнал на русском языке. — Посиди в приемной, ознакомься, вернешь потом. А химические снаряды ты получишь и инструкторов, у меня же еще остались друзья в Германии. Все, через два часа жду тебя.
Тухачевский склонился над брошюрой, впился глазами и не заметил, как прошло два часа, как он уселся в приемной и не двинулся с места.
«Употребление ядовитых газов во время первой мировой войны берет свое начало с 22 апреля 1915 года, когда германцы сделали первую газовую атаку. Они применили баллоны с хлором, давно и хорошо известного газа.
14 апреля 1915 года у деревни Лангемарк, недалеко от малоизвестного в то время бельгийского города Ипр, французские подразделения захватили в плен немецкого солдата. Во время обыска у него обнаружили небольшую марлевую сумочку, наполненную одинаковыми лоскутами хлопчатобумажной ткани и флакон с бесцветной жидкостью. Это было так похоже на перевязочный пакет, что на него первоначально просто не обратили внимание. Видимо назначение его так и осталось бы непонятным, если бы пленный на допросе не заявил, что сумочка — специальное средство защиты от нового «сокрушительного» оружия, которое немецкое командование планирует применить на этом участке фронта.
На вопрос о характере этого оружия, пленный охотно ответил, что понятия о нем не имеет, но вроде бы это оружие спрятано в металлических цилиндрах, которые врыты на ничейной земле между линиями окопов. Для защиты от этого оружия необходимо намочить лоскут из сумочки жидкостью из флакона и приложить его ко рту и к носу.
Французские господа офицеры сочли рассказ пленного бредом сошедшего с ума солдата и не придали ему значения. Но вскоре о таинственных цилиндрах сообщили пленные, захваченные на соседних участках фронта. 18 апреля англичане выбили немцев с высоты «60» и при этом взяли в плен немецкого унтер-офицера. Пленный также поведал о неведомом оружии и заметил, что цилиндры с ним врыты на этой самой высоте — в десяти метрах от окопов. Английский сержант из любопытства пошел с двумя солдатами в разведку и в указанном месте действительно нашел тяжелые цилиндры необычного вида и непонятного назначения. Он доложил об этом командованию, но безрезультатно.
Загадки командованию союзников в те дни приносила и английская радиоразведка, расшифровывавшая обрывки немецких радиограмм. Каково же было удивление де шифровальщиков, когда они обнаружили, что немецкие штабы крайне заинтересованы состоянием погоды, куда в какую сторону дует ветер.
В одной радиограмме упоминалось имя какого-то доктора Габера.
Если бы англичане знали, кто такой доктор Габер! Мало кто знал, что по одному мановению руки этого нескладного штатского человека в считанные минуты будут умерщвлены тысячи человек.
Габер находился на службе у германского правительства. Как консультанту военного министерства Германии ему было поручено создать отравляющее вещество раздражающего действия, которое заставляло бы войска противника покидать траншеи.