Официально выступать с какими бы то ни было мероприятиями, должен только тов. Калинин, — никогда ни в коем случае не должен выступать ни в печати, и иным образом перед публикой тов. Троцкий.
Посланная уже от имени Политбюро телеграмма о временной приостановке изъятий не должна быть отменяема. Она нам выгодна, ибо посеет у противника представление, будто мы колеблемся, будто ему удалось нас запугать (об этой секретной телеграмме, именно потому, что она секретна, противник, конечно, скоро узнает).
В Шую послать одного из самых энергичных, толковых и распорядительных членов ВЦИК или других представителей центральной власти (лучше одного, чем нескольких), причем дать ему словесную инструкцию через одного из членов Политбюро. Эта инструкция должна сводиться к тому, чтобы он в Шуе арестовал как можно больше, не меньше, чем несколько десятков, представителей местного духовенства, местного мещанства и местной буржуазии по подозрению в прямом или косвенном участии в деле насильственного сопротивления декрету ВЦИК об изъятии церковных ценностей. Тотчас по окончании этой работы он должен приехать в Москву и лично сделать доклад на полном собрании Политбюро или перед двумя уполномоченными на это членами Политбюро. На основании этого доклада Политбюро даст детальную директиву судебным властям, тоже устную, чтобы процесс против шуйских мятежников, сопротивляющихся помощи голодающим, был проведен с максимальной быстротой и закончился не иначе, как расстрелом очень большого числа самых влиятельных и опасных черносотенцев г. Шуи, а по возможности, также и не только этого города, а и Москвы, и нескольких других духовных центров.
Обязать Дзержинского, Уншлихта лично делать об этом доклад в Политбюро еженедельно.
На съезде партии устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКЮ и ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть произведено с беспощадной решительностью, безусловно, ни перед чем, не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет, ни о каком сопротивлении они не смели и думать.
Для наблюдения за быстрейшим и успешнейшим проведением этих мер назначить тут же на съезде, т. е. на секретном его совещании, специальную комиссию при обязательном участии т. Троцкого и т. Калинина, без всякой публикации об этой комиссии с тем, чтобы подчинение ей всей операции было обеспечено и проводилось не от имени комиссии, а в общесоветском и общепартийном порядке. Назначить особо ответственных наилучших работников для проведения этой меры в наиболее богатых лаврах, монастырях и церквях.
Ленин.
Прошу т. Молотова постараться разослать это письмо членам Политбюро вкруговую сегодня же вечером (не снимая копий) и просить их вернуть Секретарю тотчас по прочтении с краткой заметкой относительно того, согласен ли с основою каждый член Политбюро или письмо возбуждает какие-нибудь разногласия. Ленин».
Омерзительная инструкция от омерзительного кровавого маньяка, упивавшегося русской кровью!
23
Ни один русский царь не воевал с собственным народом, ни один не раздавал миллионы квадратных километров русской земли, как это делал вождь мирового пролетариата. Немцы не оккупировали пол-России лишь потому, что потерпели жестокое поражение в Первой мировой войне. Но Ленина, словно это оскорбило, и он решил реабилитироваться: он продал, подарил Малороссию украинцам за символическую сумму в один рубль. «У пролетариев нет родины, нет границ, все богатства России, где живут дураки, принадлежат мировому пролетариату, — рассуждал он под бурные аплодисменты своих соратников евреев, у которых на то время действительно не было родины, а коль так, то весь мир принадлежит им, евреям».
Ни один правитель России не воевал так жестоко, так упорно с собственным народом как вождь Октября. За сравнительно короткий период ему удалось изменить психологию русского человека, отучить его от земли, от собственности, разлучить с церковью, с богом и почитать только его, жестокого маньяка, злодея и сифилитика, за земного бога.
Он добился невероятных успехов при помощи пистолета, приставленного к виску каждого свободного гражданина России, в котором видел духовного раба. И русский мужик стал рабом.