– Господи, прости меня, – воздевал глаза и руки к небу Руслан. – Я ведь знаю, что творю! Но я хотел отправить только одного. Вторая шантажировала меня, потому вины на мне нет. Господи, запомни: нет вины. Прости меня и сохрани их…
Вдобавок крестился, вызывая смех у Всеволода с Дианой.
– Ты, Руслан, сбегай к бабке-ворожее, попроси оберег, – ржал Сева.
– Дурак ты! – вздыхал тот. – Чтоб каждый вечер звонили.
По мере приближения дня отплытия он все больше волновался, все меньше говорил колкости Диане, свободное время проводил с ребятами. Да и Кларисса словно срослась с ними, забросила дом и сына, дополнительно репетировала номера Донника в школе. Кажется, только она и Руслан понимали опасность, связанную с поездкой, ребята же были слишком беспечны, потому в порту прорвало и ее:
– Вы уж поосторожнее там, ребятки. На рожон не лезьте…
– О! – застонал Сева. – Сколько можно? Нас с утра учат все кому не лень.
– Выступать будешь в Турции, а здесь рот держи закрытым, – одернул его Руслан. – Кажется, началась погрузка. М-да, не на лайнере вам плыть. На таком суденышке от морской болезни зачахнешь.
И точно, на непрезентабельный корабль взбирались по трапу танцоры, нагруженные чемоданами и костюмами в полиэтиленовых мешках. Пассажиров было немного, кроме балета Донника, еще несколько человек. Руслан крепко обнял Севу на прощание. Пока Кларисса целовала в лоб юношу, Руслан неловко обнял и Диану:
– Ну, Дочка, до скорого. Гляди у меня…
Та чмокнула его в щеку и рванула за Севой к таможенному досмотру. Кларисса толкнула в бок Руслана:
– Посмотрите, как на нас смотрит Евдокия Акимовна. Чего это она?
– А, черт! – негромко выругался Руслан, заметив, как сверкает очками Дуся. – Вот мымра старая! Почему я не додумался, что и она припрется в порт?
– Что вас так беспокоит?
– Мы с Севкой у нее были, интересовались группой, с которой уехали Настя и Роза.
– Ну и что?
– Ребята говорили, что однажды она спрашивала Севу, не встречались ли они раньше. Директорша тогда не вспомнила, что он приходил со мной и представился сотрудником уголовного розыска. Меня-то она узнала без сомнений. Может, в этом нет ничего страшного, но если она хорошо знакома с Бертой и Яковом…
– Упаси бог! – ахнула Кларисса. – Давайте поскорее уйдем отсюда. Вы обещали сегодня выпустить Анжелику.
Руслан рассеянно кивнул, увлекая Клариссу к машине.
Только увидев Севу рядом с Русланом, Евдокия Акимовна вспомнила, при каких обстоятельствах видела нового танцора. Усы и волосы не помогли замаскироваться.
Сколько претерпел Анжелика в заточении – говорить нечего. Но сколько вынесли «тюремщики» из-за него – ни в сказке сказать, ни пером описать. Дела-то на Анжелику не завели! За пакет с крахмалом уголовных дел не заводят. А сидел несчастный в КПЗ! Лишь только появлялся кто-нибудь из начальства, к Анжелике неслись вскачь, надевали наручники и быстренько переводили в одно из помещений подальше от глаз патронов. Однажды пришлось держать юношу в туалете, завели его туда:
– Опорожняй прямую кишку.
– Зачем? – насмерть испугался тот. – Я не хочу в туалет.
– Проверим, может, ты в кишках наркоту держишь.
– Я ничего не держу!
– Я сказал – опорожняйся!
И закрыли дверь. Анжелика не выполнил требование, проторчал в сортире с час, потом его в кабинет привели на допрос, не интересуясь, почему он не выполнил приказ и не опорожнил прямую кишку. И допроса не было, назад в камеру отвели. Подобных непонятных перемещений за время отсидки случилось несколько. Анжелика ничего не понимал, его лишь трясло во время перемещений. Кларисса исправно носила ему передачи с едой и книгами, да разве до чтения тут?! Но вот снова приказали:
– С вещами на выход.
Предполагая, что опять начнется беготня по коридорам и кабинетам, Анжелика не удивился, а послушно взял вещи и… его вывели на улицу! Он хлопал глазами, щурясь от яркого света, растерянно озирался. Ему помахала Кларисса рукой:
– Анжелика! Иди сюда.
Юноша поплелся к ней, еще не соображая, что свободен.
– Ну, вот что, парень, – сказал Руслан, – благодари свою учительницу танцев, тебя отпускаем, уголовного дела не заводим. Учти, попадешься еще раз…
– Не попадусь! – с жаром заверил юноша.
Руслан сел в машину, а Кларисса решила проводить Анжелику, дабы поддержать его моральный дух. Они добрели до сквера. Он, не веривший в счастливое освобождение, попросил посидеть на скамье. Сели. Кларисса осторожно начала:
– Видишь, к чему приводят наркотики? Надеюсь, ты получил урок.
– Еще бы, – вдруг всхлипнул он. – Но то были не мои наркотики. Я вообще не знаю, как они выглядят. Мне подбросили. А этот… Жофрей де Пейрак меня просто невзлюбил!