Встав для того, чтобы выпить немного воды, я шёл медленно, не хотел включать свет. Потому я механически беру стакан и делаю привычные процедуры, мне даже не обязательно для этого видеть хоть что-либо. Холодная вода стекает по моему пищеводу, мысли становятся в этот момент яснее.
За окном воют волки. Этот вой сегодня особенно мерзко. Я выхожу во двор, накинув на себя куртку. Мне так плохо. Чувство отвращения становится какой-то агонией, в глазах рябит. Но когда я держу стальной нож в руках, мне становится легче. Куда я иду? Ноги сами несут меня.
Красное зарево было непривычно зловещим, мрачные тучи наводили тоску. Я шёл по треснутым кирпичам, по дороге к пруду. Даже птицы в этот момент молчали не в такт шумящему берегу. Ветер был холоден, и я приближался к тому месту, откуда всё началось.
Высокий костёр тянул двухметровое пламя узором. Дым казался мне чересчур противным, он возвышался над всеми нами, насмехался над людьми. А запах тлеющей кожи был запахом всего порочного, что есть на этой грешной земле. Прислонившись к земляной стене, я заглянул за неё.
Грязь. С тел капала хлюпающая кожа. Она таяли на огне. В этот момент я чуть не выплюнул содержимое желудка. В полукруге на кольях свисали полуживые тела людей, жителей этой окраины. На одном из людей, на том, что был гол и стар, были надеты хорошие английские чулки чёрного цвета. Я усмехнулся.
— Неужели ты не хочешь к ним присоединиться? — раздался голос в моей голове. Из самого центра, из жаркого пламени, в котором мельком видны синие дьявольские искры, на меня смотрело сребролукое чудовище. Оно прожигало меня взглядом. Его кожа сползала книзу, она была дряблой и скользкой. Я стою молча, мне не хочется разговаривать с ним, моё тело движимо сейчас только желанием жестокого убийства.
И я бегу. Расстояние в тридцать метров преодолевается за секунды, за ними следует быстрый и точный удар ножа в сердце. Но он не доходит до намеченной цели. Когда я оглядываю взглядом свою руку, я понимаю, что её нет. Справа от меня стоит монстр, отрубивший мне её быстрее, чем я сделал выпад. Он выскаливал на меня свои сабельные зубы и молчал как статуя, которая одним своим стоянием здесь гнетёт тебя. Другой монстр, оказавшийся позади, засунул свои руки мне в рёбра, буквально под кожу. И сломал их, словно это были не кости, а карандаши для рисования. Я не смог произнести ни слова.
— Неужели ты думал, что кто-то будет сражаться с тобой в одиночку? Так же рушится всё численное превосходство! Хотя, впрочем, я бы и одна справилась, — говорило главное чудовище. — Ладно, пора с тобой заканчивать.
Я умер. Мне не спастись. Никак. Во рту сухая кровь и тошнота, мне кажется, что я чувствую вкус опарышей. Черви действительно ползут внутри меня, я сейчас сблюю на землю грязных червей. Или они съедят меня изнутри.
Интерлюдия.
Перед человеком было несколько целей. Его нож где-то пропал, — а он был бы так эффективен! — и потому действовать приходилось по ситуации, которая была далеко не в его пользу.
В этот момент человек взглянул на небо. Оно казалось ему таким знакомым и насмешливым. Человек не любил небо. Или даже ненавидел? Он не раз видел смерть и печаль, когда небо не вмешивалось или не хотело вмешиваться в проблемы человечества, оно лишь наблюдало за происходящим. Так за что же его любить? За всё то, что оно могло бы сделать, но не сделало? Глупо.
— Как же я ненавижу человеческую глупость, — сказал человек, подняв свою винтовку и заглянув в её прицел.
Пуля немногим быстрее этих чудовищ. Скорее всего, получится сделать только один выстрел, но куда? В голову какого-нибудь из этих охранников — бессмысленно, в голову матки — самоубийство. Если человек убьёт матку, то он не успеет оглянуться, как его внутренности намотают на запястье. Вывод остался один, самый логичный.
Дымовая завеса. Выстрел. Пуля попадает в череп мальчика, который мучился в агонии. Он падает. Солдат, едва приподнявшись, бросает оружие и бежит по земляной насыпи, он со всей своей скоростью пытается оббежать её, чтобы забрать желанное. И ему чудом это удаётся. Чудовища стояли тихо, не совсем понимая или не различая от дыма картину перед собой.
Оружие, этот странный нож, описывает сначала полуоборот по шее одного монстра, а затем полностью переворачивает тело солдата и перебивает сухожилие на ноге другого. Тот падает и добивается человеком чуть позже. Удивительно как нож движется сам по себе. Чудодейственный клинок выписывает пируэты и вольты, не оставляя лишних движений.