— Они приплыли сюда, чтобы понырять, — объясняет Ганс. — Бедняга умер прямо под водой.
— Боже… Жуть какая!
— Они там все просто в шоке, — добавляет немец.
— Пусть все остаются на местах. Я должен поговорить с доктором Сингхом и доложить в главный офис. Надо выяснить, каковы наши действия в таких случаях.
Какое-то время пытаюсь связаться с доктором Сингхом. Он не отвечает ни по мобильной связи, ни по служебному телефону медицинского кабинета. Наконец, когда я уже подъезжаю к месту происшествия, доктор отзывается. Для человека, основной работой которого всегда было оформление больничных листков для сотрудников, измученных похмельем, сегодня выдался трудный денек. Сингх сообщает, что находится в службе размещения, ждет самолет-амфибию. Нужно сделать Лейле кесарево сечение, а сам доктор не может в условиях острова провести такую операцию.
— Звучит серьезно.
Я не на шутку обеспокоен за Лейлу и ее ребенка. Думаю, что не хотел бы еще раз пережить такой день, да еще в такой спешке. Доктор Сингх пытается убедить меня, что нет ничего серьезного. Для ребенка нет никакой опасности. Дальше он рассказывает, что у Лейлы раскрытие составляет всего три сантиметра, как будто я понимаю хоть что-нибудь.
— Хорошо, хорошо, — машинально отвечаю я. — Это хорошая новость.
— Но ребенок идет вперед ножками, — продолжает тараторить доктор.
— Значит, новости не так уж хороши?
— Не очень, — соглашается Сингх.
— Ты должен лететь вместе с нею? — интересуюсь я.
— Нет, хотя вначале я собирался. Но на материке решили, что отправят из больницы своего доктора на том же самолете. Так что если я тебе нужен здесь…
— Нужен, очень нужен, — поспешно соглашаюсь я и вижу, как заходит на посадку санитарный самолет-амфибия. Признаюсь, я еще не видел в своей жизни мертвецов. Наверное, в этом нет ничего особенного, если рядом кто-то опытный в таких делах. Иначе я просто не знаю, что нужно делать в таких случаях. — И как можно скорее.
— Ладно, — соглашается доктор. — Как только я удостоверюсь, что с мисс Лейлой все в порядке, так сразу и приеду, без промедления.
Сажусь в багги и смотрю, как неподалеку от берега качается на волнах яхта ныряльщиков. У нее какой-то несчастный вид, несмотря на сверкающее бирюзовое море вокруг и отдраенную до блеска палубу. Пассажиры яхты расхаживают взад-вперед по палубе. Они явно нервничают и раздражены: то поворачиваются к морю, то бросают вопросительные взгляды в сторону пляжа, где находимся мы. Всего лишь двое пассажиров неподвижно стоят возле чего-то, лежащего на палубе. Даже издалека ни с чем не спутаешь покрытое одеялом тело. В душе я очень сочувствую их несчастью, но мне дорога моя работа, и я не могу позволить им сойти на берег, пока не получу разрешения из главного офиса. Я вновь набираю номер.
По-моему, это один из самых скверных, а может, и самый скверный случай из всего, что происходило на острове до сих пор. Мы повидали немало упавших куда-то в пьяном виде гостей, с печальной регулярностью возникают всяческие инциденты в бассейнах. До сих пор с содроганием вспоминаю, как в бассейне одной из вилл едва не утонула маленькая девочка. Парень из обслуги виллы как раз проходил мимо, когда оттуда с воплями о помощи выскочил старший брат малышки. Парень бросился на виллу и увидел, что девочка неподвижно лежит на воде. Очевидно, она находилась в таком состоянии одну или две минуты. Хорошо, что наш парень умел делать искусственное дыхание. Из несчастной вылилось столько воды, как будто она выпила полбассейна. Все, кто узнал об этом происшествии, были просто в шоке. Потом мы отправили пострадавшую девочку на материк, где она провела три дня в больнице. Еще пару дней она прожила у нас на курорте, так как родителей предупредили, что лететь ребенку нельзя, пока существует опасность инфекции в легких. Стоит заметить, что после возвращения этой семьи из больницы на остров мы не брали с них денег за проживание. Да и трансферы на материк и обратно не стоили им ни цента. Не думаю, что мы тем самым сколько-нибудь разорили свое начальство, — все же бывают случаи, когда порядочность превыше выгоды.
Похожие действия нам пришлось выполнить и в отношении гостя, неудачно прыгнувшего с яхты и сломавшего два ребра. Причем мы по закону не несли никакой ответственности за тот случай. Стоит ли говорить, что, проявляя милосердие, мы не упускаем случая раструбить об этом, делая себе маленькую рекламу. Для этого пострадавшего администрация курорта также сделала оставшиеся дни пребывания бесплатными. Кроме того, ему безвозмездно отдали спинной корсет, чтобы было удобнее лететь на самолете. Однако несчастный наш гость прислал корсет обратно, сопроводив посылку очень трогательным письмом, копию которого он направил и в адрес нашего главного офиса. Вот и вышло, что вся эта волнительная история как бы осыпала нас всех розами похвалы и благодарности, хотя для отеля это было скорее неприятным потрясением.