— Я произвела на тебя впечатление, потому что знаю о том, как выращивать кукурузу и сою?
— Намного большим. Ты преданная, несмотря на чужие недостатки. Даже после подколов Кевина, ты расхваливаешь его достоинства. Также меня впечатлило, что у тебя обширные знания. Я наблюдал тебя в действии в "Бьюкинен и Уиллис". Также я видел отчёты, и знаю, как ты работаешь с разными отделами, чтобы поднять производительность. Я сидел на собраниях, на которых ты увольняла людей вдвое старше тебя и ни разу не колебалась и не отступала. А чего я не видел до этих выходных, так это женщину, которая краснеет от шуток своей бабушки, защищает своего старшего брата и достаточно беспокоится о своей двоюродной сестре, чтобы войти в мужской клуб и убедиться, что никто не попал в беду.
— Я не очень-то беспокоилась о Джимми.
— Может, и стоило, — ответил Дункан. — Я не знаю его, но узнаю несчастного человека, когда вижу, и прямо сейчас ему не нравится его жизнь.
Мою грудь сдавило, и я сморщила нос.
— Вау, полагаю, я не понимала, насколько всё плохо. Я на самом деле забочусь о своих двоюродных сёстрах. Мы все вместе росли. Знаю, сейчас они считают меня странной, но когда-то давно мы были близки. Я говорила всякие вещи о том, как совершенна Скарлетт, потому что она чертовски раздражающая. Но... Я хочу, чтобы все они были счастливы. Шейла — самая старшая из нас четверых. Она распланировала всю свою жизнь, но все её планы разошлись с реальностью. А мы с Джиллиан — две белые вороны.
Дункан поднял мой подбородок, и его зелёные глаза стали всем, что я могла видеть.
— Вы, мисс Джонс, — не белая ворона. И всё-таки вы ошибаетесь.
— Я? — вырвался у меня вопрос. — Я подумала, ты только что сказал, что я умная.
— Я сказал, что у тебя обширные знания. К тому же ты умная, красивая, добрая, любящая, и никоим образом ты не белая ворона и ничуть не менее значима, чем Скарлетт. Не пойми меня неправильно: я могу оценить хорошенькую женщину, когда вижу. Твоя двоюродная сестра — хорошенькая. Мы перекинулись всего парой фраз, но она кажется милой и чрезвычайно влюблённой в Курта, но, если бы она вошла в мой кабинет, я бы восхитился ей и забыл. — Он поцеловал меня в нос. — В июне, три года назад, ошеломляющая женщина вошла в мой кабинет. С тех пор она не покидала мои мысли.
Прежде чем я успела напомнить нам обоим, что всё это — лишь притворство, губы Дункана накрыли мои, проглотив мой ответ. Без единой мысли мой тело растаяло рядом с ним. То, как его твёрдая грудь прижалась к моей, напомнило мне об обещании, которое он дал перед этим. Когда наш поцелуй закончился, я потащила его к ступенькам.
Перед тем, как мы зашли, я вспомнила его вопрос и сказала, — Сьюзан разговаривает. Сегодня вечером, когда мы были в баре одними девчонками, она разговаривала и смеялась со всеми. Ты познакомился с ещё одной моей двоюродной сестрой, Джиллиан. Она живёт в Иллинойсе. Мы двое — белые вороны, видишь ты это или нет.
— Почему?
— Ну, хотя бы потому, что после завтрашнего мероприятия только мы вдвоём останемся неокольцованными.
Дункан рассмеялся.
— И без двух с половиной детей.
Я пожала плечами.
— И без собаки.
Он наклонился и потёрся своими губами о мои.
— Не могу помочь ни с одной из этих проблем, но зато могу помочь кое с чем другим.
— И чем же?
— Вспомни, какую маленькую проблему я обещал исправить? Давай поднимемся наверх, и я докажу, что я — человек слова.
Впервые на моей памяти у меня было желание, с которым Дункан не мог или не хотел мне помочь: быть не просто моей парой для свадьбы — полным комплектом: замужество, дети и собака. Однако то, как мои внутренности сжались от его напоминания, подтвердило, что я также очень хотела того, что он предложил мне сделать наверху.
Не поднимая шума, мы добрались до моей комнаты.
Глава 16
— Итак, расскажи о моей внучке.
Вопрос Хелен застал меня врасплох.
Я перевёл взгляд от залитых солнцем полей к серьёзному лицу Хелен. Мы вдвоём сидели в деревянных креслах-качалках на широкой террасе. Кимбра, Сьюзан и Джуди хлопотали на кухне. Я предложил помочь прибрать посуду после завтрака, но Джуди вытолкала нас с Хелен за дверь на тёплый утренний воздух.
Кевин и Оскар занимались какими-то фермерскими делами. На прощанье они сказали, что нет такого понятия, как выходной. Обычно я бы согласился. Однако в эти дни всё было по-другому.
Конечно, я не полностью оказался оторван от работы. Я держал связь с Джорджем и Майком. С помощью сообщений и электронных писем меня держали в курсе всего, что происходило в Нью-Йорке и филиалах в других городах. После заинтересовавшего меня предложения Кимбры и до нашего отъезда, я всё рассказал Майку.