Сникерс тяжело вздохнул:
– Хорошо, мы устроим охоту на разбойника. С чего начнём?
Минка подняла лапку:
– Предлагаю занять важные стратегические позиции в парке.
– И что это за позиции? – поинтересовался Гуннар таким тоном, словно наверняка знал, что план Минки обречён на неудачу. Но Минку это ничуть не смутило, и она терпеливо пояснила, что имела в виду.
– Ну, например, выходы из парка. А ещё развилки дорожек. В общем, места, мимо которых преступник точно не пройдёт, если захочет смыться из парка с украденной игрушкой.
Хи, звучит логично. Молодец Минка!
– Итак, мы займём нужные позиции и будем ждать, – продолжила она. – Если мимо нас пробежит взрослый парень с игрушкой в руке, мы проследим за ним.
Сникерс склонил голову набок.
– Звучит неплохо, вот только есть одно «но». Мы предполагаем, что преступник будет держать игрушку в руках. А что, если он спрячет её? В таком случае нам придётся преследовать каждого бегуна в парке. А их так много, что это совершенно невозможно.
– Ох, верно, – грустно пробормотала Минка и прижала свои острые ушки.
Сникерс повернулся ко мне:
– Пауль, объясни-ка ещё раз, что ты там говорил про мотив? Возможно, это нам поможет.
ГАФФ! Объяснить? Да с удовольствием!
– Я имел в виду вот что: мы должны спросить себя, зачем преступнику – или преступникам – понадобились плюшевые зверята? Ведь игрушки не представляют никакой ценности. Если мы сможем ответить на этот вопрос, то станем ближе к разгадке.
Гуннар почесал себя за ухом задней лапой и вопросительно посмотрел на меня:
– Но как мы это выясним? Ведь это знают только сами преступники.
– Понимаешь, Гуннар, – сказал я с важным выражением на мордочке и выпрямился в полный рост, – так и начинается настоящее расследование. Первым делом мы должны выйти на след!
– Что ты имеешь в виду? – недоверчиво спросила Оливия.
– Нам нужно собрать больше информации. Наверняка люди в парке будут обсуждать случившееся. Важно не пропустить ни слова, ни одну деталь.
– Точно! – вскрикнула Минка. – Пауль, мы должны объединить оба плана, твой и мой!
– Минка, дорогая, боюсь, я не совсем тебя понимаю, – признался Сникерс.
У кошечки от волнения подрагивали усы:
– Всё очень просто! Мы одновременно будем вести наблюдение за бегунами и слушать, что говорят люди в парке. Кто знает, может, нам удастся поймать преступника с поличным?
– С поли… С чем? – растерялся я.
– С поличным. То есть на месте преступления, – пояснила Минка. – Это профессиональное выражение. Я вычитала его в учебнике по криминалистике.
Глава 9. Как я всё проспал
УА-А-А-А-А!
На следующее утро я был без задних лап, то есть очень уставший. Я чувствовал себя так, словно меня несколько раз прокрутили через мясорубку.
Что тут удивляться? Собрание ККСД продолжалось ещё целую вечность, потому что Сникерс настоял на общем голосовании: принимают ли кошки наш с Минкой план или нет. Конечно, это была пустая трата времени, потому что других предложений всё равно не было. Иногда мой косматый друг бывает настоящим занудой!
Дора всё-таки заставила меня пройти с ней наш обычный утренний круг по парку. Там я то и дело встречал своих коллег из ККСД. Я не понимал, почему они приступили к выполнению нашей операции в такой ранний час. Ещё я невольно спрашивал себя, почему они все такие бодрые.
Ясное дело, кошки считаются ночными хищниками, поэтому вчера вечером никто из них не зевал и не хотел спать – в отличие от меня! Но если они активны ночью, то днём им полагается дрыхнуть без задних лап. УА-А-А-А! Как же хочется спать!
– И почему Билле решила, что ты терпеть не можешь кошек? Ты очень даже воспитанный пёс, – похвалила меня Дора, потому что я никак не реагировал на членов кошачьей команды, бегавших вокруг нас. – Ой, гляди-ка, Пауль, там впереди Рике Химштедт. Помнишь её?
Я лениво помахал хвостом, хотя не имел ни малейшего представления, кто эта Рике и почему я должен её помнить. Я увидел, что она шла по парку одна. Должно быть, у неё нет собаки. Не хочу хвастаться, но я знаком со всеми собаками в здешнем парке, а значит, и с их хозяевами.
Встретившись, Дора и Рике обнялись, словно лучшие подруги, которые не виделись много лет.
– Как дела у Карлоса? – поинтересовалась Дора.
Рике тихо всхлипнула и ответила грустным голосом:
– Лучше, но он всё ещё слаб.
– Ах, Рике, не расстраивайся, фрау Мартенс – первоклассный ветеринар. Она поможет Карлосу восстановиться после операции, – утешила её Дора.
Рике печально покачала головой.