А я… мог только молиться.
Когда Боней в очередной раз вышла ненадолго отдохнуть, я прямо спросил у нее, в чем дело.
Поколебавшись, та сказала:
— В настрое вашей матушки. Она… не хочет рожать. Не хочет жить.
У меня сердце упало.
— Она говорит это?
— Нет, наоборот, она говорит, что она нужна вам и своему второму ребенку. Но я вижу по глазам… — Сорафия поморщилась. — Как глупо! Она совершенно здорова, ребенок лежит нормально, это ее вторые роды… Все должно было идти гладко…
Тут она спохватилась, вновь улыбнулась мне.
— Ничего, молодой человек. У вашей матушки очень сильная воля, даже если она в разладе с сердцем — думаю, воля все равно одолеет.
…Как я протянул эти часы, не могу сказать. Мне припомнились Алёнкины роды — и в половину столько нервов не было! На первых я пытался присутствовать, но в итоге она меня выгнала, сказала, что я ее смешу (я правда травил анекдоты) и мешаю сосредоточиться. Второй и третий раз самой сложной задачей было внезапно разгрести текущие дела, чтобы появиться в больнице вовремя. Лучшее оборудование, лучшие специалисты — я мог не волноваться, и Алёнка сама была на связи и тоже говорила не волноваться.
Теперь же…
Впрочем, я все же занялся текущими делами — насколько это было возможно. Проверил счета. Потренировался. Потренировал «мой личный отряд» (они тоже все на нервах ждали новостей). Принял отчет по текущим делам у Рейкиса. Принял отчет у Фиена. Еще потренировался.
Пора было идти на ужин, но я понимал, что у меня кусок в горло не полезет. Уже прошли полные сутки, вот-вот потянутся вторые. Прошлую ночь я спал вполглаза — мне тогда казалось, что все быстро кончится. И вот.
А потом я услышал детский плач.
Совсем рядом: я переодевался к ужину в своей комнате, а покои родителей находились хоть и в другом крыле, но окна выходили на тот же двор, и по летнему времени были открыты.
Как там Тильда⁈
Я кинулся бегом — и меня встретила рыженькая Яса.
— Моя мама?
— Ей нужно прийти в себя и переодеться, господин Коннах, не волнуйтесь. Скоро она сможет вас принять.
— С ней все хорошо⁈
— Да, господин Коннах, были небольшие трудности деликатного характера, но мастерам удалось все исправить.
— Я могу с кем-то из них поговорить?
— Мастер Боней отдыхает, не стоит ее беспокоить, — проговорила Яса таким тоном, что сразу стало ясно: мне придется сразиться с ней за право подойти к ее учительнице. — Мастер Иэррей…
— Мастер Иэррей тут, — сказал синекожий лекарь, выходя из дверей в покои моей матери. Он вытирал совершенно чистые руки полотенцем, но рукава его рабочего фартука с рукавами были слегка забрызганы кровью. — Здравствуйте, господин Коннах. Пойдемте поговорим.
Для разговора мы расположились в кабинете матери — он находился рядом.
— С вашей матушкой все хорошо, — начал лекарь Иэррей. — Была опасность серьезного кровотечения, но, благодаря искусству мастера Боней, этого удалось избежать. Роды дались госпоже Коннах нелегко, однако, как только она увидела младенца, то приободрилась. Даже заплакала, а это в данном случае очень хороший знак. Мое заключение, как лекаря: если не будет послеродовой горячки, она вне опасности. А этой беды мы всеми силами постарались избежать, — он чуть улыбнулся. — Израсходовали горячей воды и мыла столько, что конюшню можно было бы отмыть.
Ну что ж. Облегченно выдыхать пока рано — отец тоже, казалось, поначалу шел на поправку. Но все же мне стало чуть легче.
— Вы прямо как молодой отец, — продолжал тем временем Иэррей. — Интересуетесь только роженицей, даже не спросили, что же ваш брат!
— Брат? — тупо переспросил я. — А, ну да, конечно. Брат. Здоров?
— Крепок, голосист, аппетит хороший, вес приличный, ручки сжимает, ножками перебирает, — улыбнулся Иэррей неожиданно по-доброму. — Одно удовольствие принимать такого ребенка. Ваша матушка сразу отметила, как он похож на вашего отца.
— Можно… взглянуть?
— Да, я думаю, ученики лекаря Коона с ним уже закончили.
Когда младшего брата дали мне в руки, он уже спал. Красное одутловатое личико — ничего, скоро придет в норму, и уже видно, что будет красавчиком, у женщин мозги отключатся напрочь. Действительно похож на отца. И на Герта. Эти двое будут выглядеть больше братьями между собой, чем я и новое пополнение, даром что мы с ним родные, а с Гертом они двоюродные.