— Я отдал уже команду — стрелять при крайней необходимости, — донёсся до меня голос капитана линкора.
— Спасибо, Николай, — поблагодарил я, улыбнувшись. — Я думаю, что не придётся портить пляж.
После крупного калибра адских пушек «Непобедимого» здесь столько будет воронок, что магам земли на месяц работы за глаза.
— Ну вот почему мы не можем отдохнуть? — вздохнула маман. — Я бы позагорала сейчас с удовольствием.
— Ну да, а тебя так по плечику постучит огромный паук… Гражданка, вы мешаете нам выходить из разлома, — улыбнулся батя. — Не загораживайте выход!
— Фу! Ну вот ты всегда так, — фыркнула маман. — Даже помечтать нельзя…
— Отдыхать потом будем, — ответил я. — Когда дело сделаем.
— Вот. Всё верно сын говорит, — ответил батя. — Как там говорят? Сделал дело — гуляй смело.
— Куда гуляй? — спросил Акулыч, услышав наш разговор.
— Да куда угодно, — ухмыльнулся я. — Хоть даже в бордель.
— Ну да, бордель, — мечтательно ответил Акулыч.
— Кто о чём, а наш Акулыч о бабах, — засмеялся батя.
— Так, — я подошёл в акулоиду. — Времени осталось немного. Ты будешь дежурить рядом с берегом. Я подам сигнал.
— Понял, шеф, — охотно кивнул акулоид и сбросил с себя одежду, оставаясь в плавках. Нырнул с разбега в набегающую волну. Его акулий гребень замелькал на поверхности, затем исчезнув под водой.
Так, Кузьма накинул камуфляж и теперь его хрен отличишь от раздевалки неподалёку. Ещё одна раздевалка прибавилась на пляже, только выстреливающая челюстями.
Рэмбо перелетел на ближайшую сосну неподалёку. Регина у меня в рюкзаке. Там же нейтрализатор.
Батя с маман напомнили об артефакте невидимости. Они настояли, чтобы я на себя его напялил. Если так им будет спокойней — почему бы и нет. Но мне, если честно, нахрен не сдался. Не собираюсь ни от кого убегать, а уж тем более прятаться.
Николай с родителями отплыли на военном крейсере в сторону. Наступила томительная пауза. Я ждал появления разлома, выбрав удобную позицию — в тридцати метрах от места выхода тварей.
Достал нейтрализатор, проверил и направил его в нужную сторону. В воду, почти у берега.
— ХР-Р-Р-Р! — я увидел через прозрачную воду, как на дне раздалась в стороны трещина, выбивая красные испарения.
Я уже нажал на курки и принялся ждать. Время было на моей стороне. Пять секунд и артефакт выстрелил волной энергии. Да так мощно, что я почувствовал отдачу.
Разлом накрыло плёнкой, и он тут же начал стягиваться обратно. Неужели так всё просто⁈
А, нет, не просто.
Секунда! Всего секунда прошла! А за это время от закрывающегося разлома отошла ещё одна трещина. Она мгновенно рассекла пляж пополам. Из неё выплеснулась фиолетовая жижа, которая быстро испарилась и впиталась в песок.
Кажется, я понял, что сейчас будет происходить, и мне стало не по себе…
Мелкие рачки, желеобразные медузы, мелкие безвредные насекомые мгновенно мутировали в здоровенных, очень опасных монстров.
Ещё секунда и передо мной выросла тёмная гора. Я поднял голову, посмотрев на огромного чёрного таракана, который встал на уродливые задние лапы и противно застрекотал.
Да, к этому я не был готов.
Я создал вокруг себя водяной купол, чтобы спокойно раздать команды питомцам. Но сбоку выросла медуза, раза в три выше меня. И обрушила один из желеобразных отростков, разбивая мою защиту.
Я упал на спину. Ах вот, значит, как⁈ Ну ладно, уговорили. Будем импровизировать. Моим питомцам не привыкать.
Глава 17
Змейке я приказал защищать меня, пока я закрываю разлом. Она молниеносно сжала медузу в кольцах, превращая её в раздавленное желе.
Кузьму не надо было долго уговаривать. С криком «БАНЗАЙ!», он прыгнул в сторону таракана, который настолько оборзел, что захотел достать меня своими тифозными лапами.
Конечно, Регина подпитала звуколова маной, когда тот находился в прыжке. И, разумеется, Кузя на подлёте произвёл свой знаменитый выстрел челюстями.
Хах, это тупое насекомое так ничего и не поняло! Звуколов, резко увеличенный в размерах, разорвал его бронированный панцирь вместе с башкой.
Тут же по флангам начали раздаваться взрывы. Заработали заклинания военных магов и те две пушки, которые я заметил ранее. Все вместе они не давали тварям перебраться в город.
Акулыч, в свою очередь, работал в привычной среде. На мелководье рвал в клочья увеличивающихся рачков и крабов.