А затем вновь подхватил старика и осуществил ещё несколько скачков, оказываясь в Подмосковье, но уже в ста километрах от места похищения.
— Пёрфект! — улыбнулся Альфред, радостно оглядев частный домик с небольшим двориком.
Это место являлось тайным убежищем британской разведки. И переживать по этому поводу не стоило. Оно было скрыто от посторонних глаз куполом невидимости.
Альфред убрал маску, затем стянул с лица иллюзию. Для каждого, кто его видел, на психиатрическую лечебницу напал скуластый пожилой мужчина с большим шрамом на лбу и здоровенным носом.
Когда агент 009 занёс Бирюкова в дом, тот пошевелился.
— Где мои крошки? — задрожал старик, выпучившись на Альфреда. Затем заныл: — Дайте мне моих крошек… Император отнял их. У меня всё забра-али…
— Егор Сидорович, вы нужны стране, — резко ответил агент 009. — Надо спасти мир от вражеской угрозы!
— Я готов! Я знал, что пригожусь! Что надо делать? — вскочил Бирюков и начал бешено озираться.
Да уж, псих как он есть. Но придётся с ним работать.
— Вы сможете сделать тот самый зелёный порошок? — спросил у него Альфред. — А ещё лучше — передайте формулу.
— Она вам ничего не даст, — оскалился старик, показывая щербину между зубов. — Без моих способностей формула — просто каракули на бумажке. Но для Империи я готов работать день и ночь!
— Тогда мы вас включаем в секретную операцию. Враги Империи должны быть наказаны.
Сейчас было главное успокоить старика и склонить на свою сторону, а ради этого агент 009 мог наплести ему что угодно. Всё равно старику не жить… сразу после операции он будет ликвидирован.
— Это точно! — воскликнул старик, тряся перед агентом выставленным указательным пальцем. — А я говорил, что Смирновы — шпионы! Их надо уничтожить!
— Обязательно уничтожим!
— Всех британских агентов в печь! — закричал Бирюков.
— Да, все они сгорят в печи! Всех накажем, кого нужно! — подлил масла в огонь Альфред. — После того, как завершим операцию, вы получите княжеский титул и большой дом с поместьем на Москве-реке.
— И хорошую лабораторию, — довольно причмокнул Бирюков.
— Разумеется. Но пока придётся работать здесь, — ответил Альфред.
— Где? — замер старик, округлив и без того большие глаза.
— В подвальном помещении. Там всё, что нужно, — ответил агент 009.
Да, его начальство позаботилось об этом. Он надеется, что старик найдёт то, что необходимо для изготовления зелёного порошка.
Когда они спустились в подвал и попали в большую подземную лабораторию, Бирюков радостно закричал, начиная метаться от стола к столу.
Наконец-то он собрал в одном месте все ингредиенты и колбы с трубками.
— О, как я соскучился по своим крошкам… они ждут, когда я их призову в этот мир, — дрожащим вожделеющим голоском забормотал старик.
— И когда вы сделаете пробный экземпляр поро… — агент не успел договорить.
Из рук Бирюкова выплеснулась энергия, впитываясь в колбу, где были смешаны несколько ингредиентов в разных пропорциях.
Из колбы заклубился зелёный пар, а потом старик высыпал на свою морщинистую ладонь… зелёный порошок.
Затем старик подошёл к большому горшку с фикусом. И посыпал порошок на листья растения.
— Ура, получ-чилось, — тихо захлопал в ладоши и захихикал этот безумный старик.
Альфред замер, удивлённо наблюдая, как фикус начал трансформироваться. Вот уже верхние листья растения начали срастаться, и в итоге появилась крохотная зубастая пасть. Существо тихо запищало.
— Всё хорошо, моя крошка, — Бирюков погладил листья мутанта. — Ты у меня скоро вырастешь, и скоро у тебя появятся братики и сестрёнки…
Поместье Смирновых, утро следующего дня.
Встретили нас просто шикарно. Аннушка накрыла стол, Захарыч продемонстрировал новую надувную лодку, Ираклий похвастался ухоженным садом. Грабби похвастался морем чернозёма, из которого состояла теперь земля всего нашего обширного поместья, вместе с новой территорией, подаренной императором.
Мы представили Акулыча, у которого сразу же загорелись глаза, как только он заметил Аннушку. Причём в буквальном смысле загорелись. Тем самым он распугал прислугу.
Но затем, после праздничного обеда, все начали постепенно привыкать к новому члену семьи. Иначе я Акулыча уже и не назову. Хотя и все питомцы для меня находились в этом статусе. Но он, как никто другой, был похож на человека, и к нему это звание подходило больше.