Братишка. Ну а как его ещё назвать?
Чуть позже, когда питомцы были накормлены, я устроился в беседке и начал переписываться с Юленькой, затем с Мишкой. Они пытали меня насчёт недавнего путешествия, и я неохотно отвечал.
Краем глаза я наблюдал за Акулычем. Он, наконец-то, уединился с Аннушкой на кухне, и начал первый диалог.
Как же я мог такое пропустить⁈
Змейка расположилась таким образом, чтобы было не только слышно, но и видно лица беседующих.
Ничего интересного не происходило. Но я не отчаивался. Акулыча подмывало задать свой излюбленный вопрос. Я даже чувствовал его внутреннее напряжение.
— И погода сегодня на удивление отличная, — улыбнулась Аннушка, стараясь держаться подальше от стола, за которым сидел Акулыч. Сейчас она находилась у плиты, в сотый раз протирая столешницу рядом.
— Магической бури уже нет, говорят, — широко улыбнулся Акулыч, вновь сверкнул взглядом.
— Да, я слышала. Слава всем богам, всё закончилось. И голова уже не так болит, — ответила служанка.
— Это наша заслуга… Что магическая буря исчезла, — ответил Акулыч.
— Вы большие молодцы, — скромно улыбнулась ему Аннушка, на секунду повернувшись в его сторону.
— Ну почему же мы на «вы»… — ухмыльнулся акулоид, и резко поднялся со стола. — Я предлагаю сразу перейти к плотским утехам. Прямо здесь… Закроем дверь и…
— Чего⁈ — воскликнула Аннушка. — Я не такая! Не приближайтесь ко мне.
— Так это же мы с тобой общались по сети, на том сайте, — всё-таки приблизился к служанке Акулыч. — Ты сказала, что не против.
— Предупреждаю, отойдите от меня, — Аннушка схватила сковороду, взвесила её в руке. — Иначе мне придётся применять силу.
— Ты сказала, что не против плотских утех, — ещё шире улыбнулся Акулыч, — схватив служанку за талию и прижимая к себе.
— БОМ-М-М! — разнеслось по кухне.
Ого! Аннушка врезала ему сковородой по лбу. И судя по звуку — нехило так врезала.
— Да что происходит⁈ — воскликнул Акулыч. Ему хоть бы хны, ни шишки, ни покраснения на лбу, но боль я через нашу с ним нить почувствовал.
— Я просто психанула! Что непонятного⁈ — воскликнула Аннушка. — Мы с Ираклием уже помирились…
— Да ну вас всех к чёрту! — воскликнул Акулыч. — Вы не человеки… вы изверги! Вот вы кто!
Акулоид покраснел и выскочил из кухни.
— Как дела? — спросил я у него, когда он прошёл мимо.
— Зашибись! — крикнул он, быстро удаляясь в сторону озера.
Ага, решил поплавать и немного остыть. Это хорошо, что у нас есть довольно большое озеро. А то бы пришлось для Акулыча котлован рыть. Хотя не думаю, что для нас это проблема. Мои питомцы справятся без всяких магов земли и прочего.
Я уже хотел зайти в дом, как увидел бегущего со стороны озера Захарыча. Он был весь мокрый, в руке сломанное удилище, а взгляд наполнен незамутнённой злобой.
— Что там случилось? — вышел я из беседки. Но, кажется, примерно понимал, что могло произойти.
— Про-происшествие слу-случилось, Серёжа! — вскрикнул он, округлив глаза. — Мою новую лодку по-порвали! Порыбачить не дают! Этот ваш новый пи-питомец!.. Он тоже зубастый и наглый! Короче!.. Всё!..
Захарыч пошёл в свой сарай и закрылся. Решил залить свой стресс.
Я же направился к озеру, и когда очутился на месте трагедии, увидел сидящего на берегу мокрого Акулыча. Он бросал мелкие камушки в воду и угрюмо молчал, наблюдая за почти затонувшей лодкой Захарыча.
Акулоид почувствовал моё приближение.
— Это точно не море… — пожаловался он. — Ни одной акулы… Так бы хоть с ними…
— Что с ними? — удивился я, присаживаясь рядом. — Заняться плотскими утехами.
— Да ну что ты говоришь⁈ Ах-ха-ха! — заливисто засмеялся Акулыч. — Просто пообщаться. Меня больше женщины-человеки интересуют. Хотя… Акулы точно не откажут, и пощёчину не влепят.
Я тоже засмеялся в ответ:
— Ага, но могут укусить.
Акулыч прыснул со смеху:
— Если только любя прикусят… да нет, конечно. Я просто про общение с акулами сказал.
— Понял, — ответил я. — Ну и зачем ты резиновую лодку Захарыча прокусил?
— А зачем он меня на крючок поймал? Да ещё и потянул, — резко выпалил Акулыч, и затем тяжело вздохнул. — Так глупо попасться…
— Ты поэтому и напал? — понимающе посмотрел я на акулоида.
— А что я мог поделать? — пожал Акулыч плечами. — Мне не оставили выбора. Тянул он сильно, а леска была очень крепкой, — он сделал паузу, ковыряя ногтем во рту, — Блин… зараза, застряла меж зубов.
— Ладно, бывает, — вновь засмеялся я. — Но напугал ты Захарыча сильно. Он аж заикаться начал от страха.