Она усмехнулась и покачала головой.
— Это другое. Закрой глаза, Грей.
— Ладно, — я подыграл, закрывая глаза на пару секунд, а потом снова открыл. Делайла не заметила, сбросив полотенце, как только я согласился, и посмотрела на себя, когда надела трусики. Выпрямив их на бедрах, она проверила, закрыты ли мои глаза, и в тот момент, когда поняла, что я за ней наблюдаю, вскрикнула.
— Грей! — Ее руки метнулись к талии, а остальное тело полностью обнажено для меня.
Я ухмыльнулся, не в силах сдержаться. Делайла — просто бомба.
— Что? — с дразнящим видом спросил я.
Она цокнула языком и закатила глаза, но не могла скрыть улыбку, которая полностью выдала ее игру. Ей нравится, когда я смотрю.
Не сказав больше ни слова, она взяла бюстгальтер в тон к трусикам, застегнула его спереди и повернула чашечки на место, чтобы просунуть руки. Зачарованный, я чувствовал, как напряглись мои челюсти, а руки сжались в кулаки, когда я увидел, как это красивое белье скользит по ее загорелой коже.
Мне хотелось сорвать это все к чертовой матери. Я хотел…
Пронзительный стон сорвался с моих губ, когда Делайла наклонилась вперед, подарив мне охренительный вид на ее стиснутую грудь, чтобы поднять полотенце, а потом развернулась и направилась в ванную, ее стринги идеально обрамляли упругую, форму сердца, задницу.
Задницу, которую я хватал, мял и гребанно мечтал о ней. Задницу, в которую я так отчаянно хочу вцепиться зубами и оставить следы.
Почему, черт возьми, я не сделал это прошлой ночью?
А эти ее стринги? Я бы сорвал их с нее, засунул в карман, а потом раздвинул ей ноги.
Мое сердце все еще бешено колотилось, а палатка под одеялом стала еще более заметной, когда Делайла вернулась, быстро застегивая пуговицы на своей белой блузке с короткими рукавами и натягивая свои серые брюки.
Она просто потрясающая, и я сказал ей об этом.
— Я думал, что свалюсь в обморок, когда увидел тебя в купальнике, а потом снова — в платье в субботу, но это совсем другая лига, Делайла.
Ее пылающий румянец заставил мою улыбку стать еще шире. Это все, что я могу делать, когда она рядом — улыбаться.
— Я о тебе думала то же самое.
Воздух в легких будто исчезает от внезапного признания Делайлы, и я просто уставился на нее, наблюдая, как она садится перед своим туалетным столиком. Я перекинул ноги через край кровати, поставив ступни на пол, и натянул свои черные брюки, прежде чем сделать что-нибудь глупое, например, поцеловать ее и получить отказ.
Одна ночь… Две ночи… Вот и все, на что мы согласились.
— Можно я сварю кофе? — спросил я, отчаянно нуждаясь в движении, выбраться из этой комнаты, пока не поддамся соблазну.
Делайла махнула в мою сторону расческой, взглянув на меня в зеркало.
— Капсулы для кофе в верхнем ящике.
— Тебе сделать?
Она покачала головой, ее кудри подпрыгнули.
— Я возьму что-нибудь по дороге на работу.
Оказавшись на кухне Делайлы, я нашел капсулы и, разобравшись с ее кофемашиной, набрал сообщение Блейку и Хадсону — двум моим братьям, которые живут в Лондоне и могут быть свободны чтобы пойти в зал.
Блейк ответил как раз в тот момент, когда я сделал первый глоток обжигающего кофе.
Блейк: дай мне около 2 часов, встретимся там
Хадсон не отвечает, так что я понятия не имею, встретится он с нами или нет.
Залпом допив слишком горячий кофе, я помыл кружку в раковине, и заметил фотографию Делайлы и ее сестры с боку чашки. Щеки прижаты друг к другу, руки обвиты вокруг — они выглядят счастливыми. Это одна из немногих личных фотографий, что разбросаны у Делайлы по дому, и на всех только она сама или ее сестра Аурелия, иногда еще какие-то подруги.
Никаких улыбающихся мамы или папы.
В ванной я взял чистую зубную щетку, которой пользовался вчера, заметив, что она стоит рядом с электрической щеткой Делайлы. Почистив зубы, прополоскал рот и вернулся в спальню Делайлы, чтобы забрать свою рубашку.
Она пыталась застегнуть золотой браслет на тонком запястье, когда я вошел, и, судя по ее недовольным бормотаниям, у нее это не особо получалось.
Когда я подошел и помог ей с застежкой, почти чувствуя тепло от ее взгляда, она замерла. Пара движений — и браслет застегнут.
— Вот так, красавица.
— Спасибо, Грей.
Я первым отстранился, ненавидя себя за это, и поднял с пола свою рубашку, которая все это время валялась там как бесформенная куча.
Пока я застегивал рубашку, Делайла натянула черные каблуки, слегка увеличив свой рост, и окинула себя взглядом в полноразмерное зеркало: поправила воротник блузки, смахнула что-то под глазом, проверила, как держится заколка, убирающая волосы с лица.