Сначала я была не готова; моему мозгу нужно было снова привыкнуть к нашим отношениям. Потом начались месячные с адскими спазмами и вздутием. Я не хотела, чтобы меня трогали, и не могла даже думать о том, чтобы пойти на занятие по плаванию в среду. Грей уважал мои желания, не сказав ни слова, оставив мне право самой решить, когда я буду готова.
Кажется, гормоны сейчас говорят за меня.
Прислонив голову к плечу Грея, я улыбаюсь про себя, когда он машинально целует мой лоб, продолжая болтать с братом, как будто мое присутствие — это что-то само собой разумеющееся.
— Мне правда нравится, что ты здесь, — признается Грей, когда Хадсон уходит по своим делам.
Я поднимаю голову, чтобы встретиться с его взглядом, и киваю.
— Мне тоже.
— Останешься на ночь?
— Если ты меня примешь.
— Я всегда приму тебя, Делайла. Я же вроде говорил тебе это.
Этот мужчина…
— Хочешь, я тебе ванну наберу? — Грей проводит большим пальцем по моему виску. — У меня, если так сказать, шикарная ванна… и, возможно, даже пузырьки с расслабляющим эффектом.
— Звучит заманчиво, — размышляю я.
— Тогда пойдем. — Грей вытягивается с дивана, протягивая руку, чтобы помочь мне встать. — Спокойной ночи, Хадсон!
— Спокойной ночи, вам двоим. Только потише там, ладно?
Я заливаюсь краской, чувствуя, как жар растекается по груди, но Грей лишь смеется, показывая средний палец младшему брату, и тянет меня прочь из гостиной в одну из спален по коридору.
Спальня Грея идеально ему подходит: успокаивающие темно-синие стены, кровать, заправленная кое-как, тумбочка, заставленная стаканами с водой в разных стадиях наполненности, пустой пакет от чипсов и последняя книга из тех, что я дала ему почитать. Я до сих пор не понимаю, почему он читает их, ведь, как я ему уже сказала, в этой области ему точно не нужны никакие советы. Но жаловаться я не буду, потому что тот факт, что Грей заинтересовался моей страстью, заставляет мое сердце делать странные кульбиты.
Я следую за ним в ванную комнату, осматривая большую душевую с несколькими лейками, полотенцесушитель, двойную раковину и, наконец, ванну, настолько большую, что в ней спокойно поместятся двое.
Грей включает воду, и пена тут же начинает бурлить в ванне. Пар поднимается в воздух, сопровождаемый сильным, но расслабляющим ароматом свежего эвкалипта и чего-то мятного. Этот запах я уже прочно связываю с Греем, как и постоянный запах хлора, впитавшийся в его кожу.
— Залезай. Я принесу тебе полотенце и что-нибудь для сна.
Не теряя ни секунды, я быстро закалываю волосы, чтобы они не намокли, скидываю блузку, кожаную юбку-карандаш и белье, погружаясь в теплую, ароматную воду.
Из моих губ вырывается довольный вздох: расслабляющий эффект сразу снимает напряжение с икр после долгих прогулок и постоянную пульсацию в ступнях после каблуков.
— Прям завидую, что это не я стянул с тебя эту кожаную юбку. Похоже, тебе придется надеть ее снова, чтобы я смог это сделать.
Мои глаза медленно открываются, и я вижу Грея, прислонившегося к дверному косяку, с полотенцем и футболкой в руках. Его обнаженная грудь демонстрирует подтянутое тело, а V-образная линия мышц плавно ведет к шортам, которые виснут низко на его бедрах. Мне хочется прикоснуться губами к этой линии, ощутить жар его кожи и рельеф его мускулов.
— Похоже, придется, — мурлыкаю я, когда пузырьки вокруг меня все еще плещутся.
Я наблюдаю, как Грей вешает не одно, а два полотенца на подогреваемую рейку, а затем начинает приближаться ко мне, его взгляд скользит по моему телу, скрытому под жемчужной пеной.
— Можно к тебе?
— Конечно, Грей.
Температура в ванной комнате резко поднимается, когда Грей стягивает шорты с ног, его член мягко покоится между бедрами, и он залезает в ванну позади меня. Ванна достаточно большая, чтобы нам обоим было комфортно, но, несмотря на это, вода и пена выплескиваются за край от его резких движений.
Грей обнимает меня за талию, прижимая к своей груди, и я ощущаю, как его член слегка подрагивает у меня под ягодицами. Он прижимает влажный поцелуй к изгибу моей шеи, прямо над бешено бьющимся пульсом, и тихо вздыхает.
— Вот именно то, что мне нужно после такого дня.
Я улыбаюсь, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него.
— Я рада. Ты заслужил отдых после всего этого.
Грей улыбается, его ямочки на щеках появляются.
— А ты? Как продвигается редактирование рукописи?
Мы спокойно беседуем, наслаждаясь присутствием друг друга, пока пена не начинает оседать, а вода постепенно остывает. Однако я все еще чувствую жар, каждый дюйм моей кожи остро реагирует на Грея и его руки.