Кроме библиотеки на обширном дворе даргаха помещается небольшая коллекция старинного оружия и древней утвари, бытовавшей при Бахманидах. При даргахе функционирует несколько школ.
Среди гулбаргских любителей словесности урду и хинди, которые собрались у нас в Шахи Махал накануне вечера, посвященного Александру Сергеевичу Пушкину, мне запомнился один пожилой человек с обветренным, словно дубленым, лицом крестьянина. Одет он был просто, даже бедно. Оказалось, что это известный в Гулбарге поэт, который пишет на старом дакхни. На дакхни широко говорят в здешних деревнях. Поэта знают далеко за пределами Гулбарги.
Он автор многих стихов об индийской деревне, но до сих пор не было выпущено ни одного его сборника. Причина была все та же — у него нет на это денег.
Поэт по моей просьбе прочел несколько стихотворений, посвященных здешним крестьянам, их жизни, природе Декана. Не скажу, что я полностью понял их — дакхни ушел довольно далеко в сторону от урду, — но все-таки, как сквозь туман, по интуиции приноравливая грамматические формы дакхни к привычным свойственным урду, я почувствовал их красоту.
Поэт с любовью рассказывал о каменистой, неподатливой, но дорогой ему земле Гулбарги, о том, как в жаркую пору индийского лета над растрескавшимися полями встает марево и как душно бывает тогда в убогих хижинах. Он рассказывал о том, как в дождливую пору здешние крестьяне выводят своих бычков в раскисшие от воды поля и дедовскими плугами ковыряют землю, моля природу смилостивиться над ними и дать им собрать добрый урожай, чтобы не голодали жены и детишки.
Сколько в Индии таких безвестных поэтов! Они есть в каждом городке, в каждом поселке, но о них мало кто знает, потому что они не могут печататься. Что ж, остается надеяться, что и для них когда-нибудь придут лучшие времена.
А немного позже, уже ночью, я рассказывал гулбаргцам о творчестве и жизненном пути нашего Пушкина. На окраине города возле маленького пустого дома — штаб-квартиры Общества любителей литературы урду и хинди — обширная площадь была заранее покрыта циновками и простынями. На сцене, устланной ковриками, стояли микрофон и стол. Народу собралось несколько тысяч, и вся эта масса людей целый час внимательно слушала доклад о жизни и творчестве великого русского поэта.
Почаще бы состоялись такие встречи. Они хорошо служат делу дружбы и сближения народов Индии и Советского Союза.
В Гулбарге мы нашли много друзей, но не узнали о нашем соотечественнике ничего нового. Никитин упоминает в своих «Хожениях» еще ряд индийских городов, которые ему пришлось посетить в странствиях по Декану: Чаул, Джунир, Кулур. Но там мы не были.
Путешествием в Гулбаргу закончилось наше «Хождение» по местам, где проходил в далеком прошлом отважный тверич.
ГЛАВА III
В СТРАНЕ ТИПУ СУЛТАНА
ЛЕВ МАЙСУРА
О Типу Султане я впервые узнал в 1947 году, когда был еще студентом индийского отделения Московского института востоковедения. Мне попался сборник «Новейшая история Индии» со статьей доктора исторических наук Игоря Михайловича Рейснера о Типу Султане — правителе южноиндийского государства Майсур — и о его отчаянных войнах против захватчиков англичан. Статья была написана с подъемом и большой симпатией к этому незаурядному человеку, который предпочел гибель на поле боя незавидной доле пенсионера английской Ост-Индской компании.
Уже тогда личность Типу Султана очень заинтересовала меня, а когда я оказался в Хайдарабаде, от которого до Майсура рукой подать, интерес этот вырос еще больше.
Княжеством Майсур, расположенным на замкнутом горном плато южного Декана, в далекой древности правила династия Водеяров. Им принадлежали тридцать три деревни вокруг современного города Майсура. В средние века княжество входило в империю Виджайянагар. Наместник виджайянагарского раджи в Майсуре постоянно сидел в соседнем городке Шрирангапатнаме (городе святого Ранги), который расположен на острове в среднем течении Кавери — одной из самых больших рек Декана (англичане переделали потом название города в Серингапатам).
В 1610 году Воядеры добились независимости. Они изгнали Тирумаларао — последнего виджайянагарского наместника — и расширили свои владения за счет соседей.