- А куда ты уехала вообще? Откуда машина?
- Машину одолжила. Уехала в Лиффолд. В школу не вернусь, разве что сейчас документы заберу. Мам, пап, надо. – Мари напряглась, готовясь использовать силу власти. - И я сумею вас убедить, говорю точно, но мне хочется, чтобы вы сами меня отпустили и отнеслись к этому с пониманием. – Девушка выдохнула, увидев, что ни Эльза, ни Робин не хмурятся, даже не кричат и не супят брови. Лишь пожали плечами, что-то кинули насчет безопасности и покупки нового телефона. Куда больше их интересовали свои проблемы, в том числе «семейные».
Воспользовавшись ситуацией, Мари резво выскочила на улицу, не забыв достать из замка ключи и убрать их в карман.
Взгляд упал на небольшой домик, в котором жил Дэнни. Дома его не было, что было понятно, так как никто не носился туда-сюда на улицу и обратно. Немного подумав, Мари решила оставить записку. Но такую, чтобы никто не догадался, кто не знает.
«Лиффолд. Решай», - коротко написала она на куске бумаги и вставила в щель между дверью и стеной.
Дальше надо было забрать медальон. Уж слишком он был дорог, чтобы оставлять его в городе, где любое заброшенное здание может быть снесено и на его месте построено другое.
Девушка направилась к бывшей больнице. Она прекрасно помнила, где находится тайник, это было сложно забыть. Сунув руку в небольшое отверстие у пола, она достала брелок в виде копья. Он был, в первую очередь, памятью о матери. Во вторую, третью очередь память о доме, мысе Приодор, бабушке, которую Мари даже не видела. При воспоминании о том, что ей сказали, девушка хмыкнула. За то время, что прошло, она уже сделала вывод, что в одном Оскар солгал. Марго не сдала бы Мишель, если бы «было слишком трудно». Последнее, что стало известно о женщине, говорило о том, что она была очень сильной. А потому еще одной целью Мари стала выяснение правды о Мишель и матери.
Глава 6.2
10 лет назад
- Мне, как ни крути, вас не понять. – Марго поджала губы, стараясь всем своим видом показать, что идея ей не нравится.
- Почему же? Ведь это будет отличная идея, вы сорвете большой куш!
Но женщина лишь усмехнулась.
- Куш? Да мне даже слово не нравится. Мне не нужны деньги, у меня их достаточно, мне не нужна власть, самоутверждение. Мне надо, чтобы у народа была надежда на светлое будущее. Вы же предлагаете вовсе не это.
- Это… - Главы трех домов постарались возразить, но споткнулись об железное спокойствие и принципиальность миссис Макбейн.
- Нет, не это. Давайте пройдемся по плану. Вы предлагаете объединить все дома в два лагеря. Один защищает окраину, а другой центр. При этом прекрасно знаете, что сейчас не победить даже при лучшем раскладе, даже направив весь мысс Приодор против Мишель. Вы обрекаете все дома окраины на гибель, обрекаете древние роды на смерть, только чтобы получить мизерную сумму, которую они успеют выбить и «пустить ее на развитие армии».
Марго сделала длительную паузу, кинула взгляд на дверь. Конечно, Мари думала, что ее не заметят. Подглядывала в щель, слушала разговор. И ее мать была вовсе не против. Было не принято учить девушек из знатных семей таким вещам. Этому они учились позже, если в семье не появлялось мальчика, как это случилось в семье Марго. Поэтому, пользуясь редкими случаями, когда девочка спрашивала про политику или управление государством, мать пыталась передать ей максимум того, что знала.
- Но…- Снова начали главы, пользуясь затянувшимся молчанием.
- Никаких «но». Все знают, что вы сбежите, причем с деньгами, причем стерев с лица земли память целых поколений. – Увидев, что Мари, довольная собой, уже убежала, Марго решила коротко окончить этот цирк. - Уходите. – Коротко кинула она мужчинам, и по ее тону было понятно, что возражений она не потерпит.
- Ты, - обратилась она уже к гувернантке, - сходи к моей дочери и напомни ей, что пора спать. И тебе бы следовало следить за ней тщательнее, а не виться вокруг меня, будто юла. Я тебя не для себя нанимала. Иди. И больше здесь без дела не появляйся, Мари может снова стать плохо, она часто срывается.
***
Сегодняшние дни
Оторвавшись от тягостных воспоминаний десятилетней давности, Мари вышла из здания и направилась к машине. На полпути она обернулась. Дверей не было, окна же были разбиты почти вдребезги, лишь приглядевшись, можно было увидеть по бокам острые наконечники стекла. А ведь когда это была больница, когда-то здесь спасали жизни. На мгновение показалось, что, будучи маленькой, она даже здесь бывала. То ли вспомнилось, то ли привиделось, как выглядело здание раньше. Светлые стены, яркая красная надпись над дверьми, ведущая прямо к парадной дорожка и деревья вокруг. Так выглядело большинство больниц в городе. Но девушка не могла знать, что было раньше.