- Разумеется.
Тревор улыбнулся. Ему казалось бессмысленным тревожить Марту своими открытиями, но он был обязан проверить сказанное Адель. Если он сможет проверить одну единственную теорию, он будет на шаг впереди к своей цели. Но даже самой цели у Тревора не было. Мир, построенный на двоих, может рухнуть из-за одного. Тревору не хотелось быть этим одним. В этом споре он бы выбрал другую позицию. Ему по душе роль опустошенного, того, кто пережил глубочайшее потрясение. И даже свои переживания, свои терзания он не вправе передать. У Тревора нет права быть понятым, хоть как – то скрасить своё положение. Ради Марты, ради её будущего. Ради будущего Тильды.
Всю последующую неделю Тревор напрочь забыл о великой миссии. Он прожил каждый день так, как хотел. Утром завтрак с женой, с восьми до семи, а может и дольше, рабочий день, и каждый вечер с любимой женой. Тревор был счастлив ровно настолько, насколько ему позволяла Тильда.
О чувствах Марты он не мог сказать. Марта была счастлива с ним, как ему казалось. Но когда Тревор увидел настоящее счастье, он стал сомневаться. Было глупо ждать от Марты настоящих эмоций. Но в какой момент Тревор стал верить словам Адель, он тоже не знал.
Единственным помощником Тревора было время. Со времён свадьбы прошло несколько месяцев. Весна, пробуждающая природу и всех единых с ней, нежно трепетала на улицах Тильды. Весна здесь была настоящей.
Тревор начал утро с выбора галстука.
- Что думаешь?
Он приложил к груди галстук странного жёлтого цвета. Он был одновременно противным и забавным, словно мокрый цыплёнок. Через пару дней он станет круглым пушистым цыплёнком, но сейчас мокрый и неуклюжий.
Марта подняла голову на мужа и быстро опустила назад на гладильную доску. Тревор посчитал это отказом и приложил зелёный галстук.
- А теперь?
Тревор улыбнулся, Марта – тоже. Мужчина не знал, чему улыбнулась жена: его выбору или его улыбке. Он надел зелёный галстук, напевая спокойную мелодию, и принялся поправлять воротник рубашки.
- Что это за песня?
Марта не отвлекалась от своих хлопот. Казалось, водить утюгом успокаивало её.
- Это песня о светлом будущем. – Он прекратил напевать. – Нашими трудами мы создадим для Тильды светлое будущее.
Тревор глянул на Марту через зеркало. Ей по-прежнему было всё равно.
- Ты сегодня поздно вернёшься?
- Да. – Она закончила с бельём. – Мы выпускаем в продажу новое лекарство. Придётся просидеть на встрече до конца приёма.
- Оу, тогда им повезло. – Тревор сделал пару шагов к жене, ярко улыбаясь. – Они смогут насладиться твоей красотой чуть дольше обычного.
Марта не проявила интереса к Тревору. Она посмотрела на него, пару раз моргнув, и вышла прочь из спальни.
- Каждый раз, когда ты надеваешь этот галстук, ты становишься странным.
Женский голос исчез в глубине дома. Тревор с осторожностью потрогал зелёный галстук и отправился выполнять свои обязанности.
Марта не знала, что каждую ночь Айван пожирал Тревора, заставлял его сходить с ума. Тревор не человеческая копия, он человек. Айван пытался свести Тревора с ума, но знал, что не сможет. Голос в голове, истинное имя которого вина, планомерно шёл к своей цели. Шаг за шагом Айван просачивался в вены Тревора, заменяя его кровь своими демонами, заставляя исправить старые грехи.
- И ещё, – голос Марты остановил Тревора у порога, – я планировала сделать генеральную уборку. Если ты до сих пор не соизволил прибраться в своём кабинете, мне придётся сделать это за тебя.
- Не переживай, дорогая, – Тревор прихватил шляпу и принялся закрывать дверь, – я доверяю твоему вкусу. А парочку исписанных бумаг я в любое время могу найти в своём портфеле.
Время шло. По подсчётам Тревора – в минус. Они всё ещё были должны жизни. Когда на площади прогремел торжественный салют, настало время возвращаться домой. Тревор думал об одиноком ужине, о выбранном Мартой платье и своём зелёном галстуке. Вкус лжи казался ему сладким и острым одновременно. Он не хотел вспоминать старого Тревора, серого правильного жителя Тильды.
Вечерняя картина поразила Тревора. Он вошёл в кабинет, где по неизвестной причине горел свет. В доме это была единственная комната с полнейшим хаосом внутри. Все бумаги были разбросаны, валялись в непристойном виде на столе, ковре и подоконнике. Диванные подушки словно пережили недолгую войну, забыть которую они не смогут. Тревор прошёл к своему столу, он старался не навредить ещё больше, но ему не всегда удавалось.
Тревор осмотрел свой стол, пустые ящики, валяющиеся возле него и большой комок тряпок возле них. Мужчина коснулся свёртка ногой и почувствовал его мягкую текстуру. Он был пустой. Тревор раздосадовано растоптал свёрток ногой, слегка запутавшись в толстой нити. Он понял, что искала Марта. Вероятно, женщина добралась до кабинета и наткнулась на этот свёрток. Содержимое заставило женщину перевернуть верх дном всю комнату в поисках доказательств.