— А говорил, что не умеешь утешать, — любезно улыбаюсь я.
Он выпрямляется перед стойкой:
— Ну да, говорил, но буду рад, если моя история тебе поможет.
Снова глупо улыбаюсь и сую соломинку в рот, делаю вид, что пью. Желания напиваться нет и в помине, особенно после того, как появилось чувство, что развозить нас по домам буду я.
Пытаясь хоть немного заслониться от яркого света, ставлю локоть на стойку и упираю подбородок в костяшки пальцев.
— Ну и что там у вас было в ту ночь?
Он криво улыбается, качает головой:
— В первый раз с тех пор, как она меня бросила, я потрахался на всю катушку. Помню, почувствовал тогда удивительную свободу. От нее, да и вообще от кого бы то ни было.
Такого ответа я не ожидала. Большинство моих знакомых парней ни за что не признались бы в боязни новых отношений, особенно если бы хотели закадрить меня. И неожиданно этот бармен даже понравился мне. Конечно, просто как человек, ничего такого. Я не собиралась, выражаясь языком Натали, западать на него. Еще чего.
— Понятно, — говорю я, стараясь улыбаться не слишком широко. — Ты, по крайней мере, не врешь.
— А что еще остается? — Он тянется к пустому стакану, смешивает себе такой же коктейль. — До меня вдруг дошло, что девчонки сейчас тоже, большинство по крайней мере, боятся сильных привязанностей, как и парни, и если с самого начала все говоришь честно, как есть, то переспишь с кем-нибудь разок, и ничего, как с гуся вода.
Я киваю и снова хватаю пальцами соломинку. Совершенно не собираюсь откровенничать с ним, но в душе согласна полностью. Раньше такие мысли почему-то не приходили в голову, но ведь я живой человек. Да, я больше не хочу серьезных отношений, но почему бы не провести с кем-нибудь ночь?
Но только не с ним. И ни с кем из этого клуба. Ладно, может, все дело в том, что для приключения на одну ночь я слишком юна, да и коктейль уже ударил в голову. Честно признаюсь, ничего подобного в моей жизни еще не случалось, и хотя сама мысль даже немножко заводит, все равно страшно. У меня и было-то всего с двумя парнями: с Иэном Уолшем, моей первой любовью, который лишил меня девственности, а потом, через три месяца, погиб в автомобильной катастрофе, и с Кристианом Дирингом. С ним я сблизилась в надежде забыть Иэна, но он оказался полным ничтожеством и изменил мне с какой-то рыжей потаскухой.
Как же я рада, что не сказала ему в ответ этой губительной фразы из трех слов, когда он признался мне в любви, совершенно не понимая, как я уже тогда чувствовала, о чем говорит.
А может, и понимал, потому что через пять месяцев переключился на другую, так и не дождавшись от меня этих слов.
Снова гляжу на бармена. Он улыбается и терпеливо ждет, что я скажу. А что, неплохой парень… Одно из двух: или действительно неплохой, или просто старается проявить сочувствие. Признаю, он довольно интересный; на вид лет двадцать пять, не больше, добрые карие глаза, сначала он улыбается ими, а потом уже губами. Крепкие бицепсы, и мышцы груди тоже выпирают под плотно облегающей футболкой. И загорелый, наверняка всю жизнь прожил где-нибудь на берегу океана.
Вдруг ловлю себя на том, что представляю его себе в одних плавках, и срочно отвожу взгляд.
— Меня зовут Блейк, — вдруг говорит он. — Я брат Роба.
«Роба? Ах да, Роб — это владелец „Подземки“».
Протягиваю руку, и он мягко пожимает ее.
— Кэмрин, — отвечаю я.
Слышу голос Натали поверх музыки, потом вижу ее саму. Пробивается сквозь толпу танцующих и направляется ко мне. Она сразу замечает Блейка, в глазах появляется блеск, лицо оживает, рот разъезжается в развязной улыбочке. Деймон плетется следом и все еще держит ее за руку; смотрит он прямо на меня, и выражение его глаз почему-то настораживает. Впрочем, когда Натали подходит почти вплотную, я отвлекаюсь.
— Что это ты тут делаешь? — тоном строгой мамаши спрашивает она.
Демонстрирует все свои зубы, а глазки бегают от меня к Блейку и обратно. Наконец решает сосредоточиться на мне.
— Выпиваю, — отвечаю я. — А ты чего пришла, сама хочешь выпить или так, меня пасешь?
— И то и другое!
Она отпускает руку Деймона, взбирается на табурет и начинает барабанить по стойке пальцами, а сама так и ест глазами Блейка, не забывая улыбаться.
— Налей-ка водки с чем-нибудь.
Блейк кивает и переводит взгляд на Деймона.
— Ром с кока-колой, — бурчит тот.