Бедная девочка. И при этом такая молодец, не сдалась, не оставила надежду.
Майло дал Келли время на передышку и щёлкнул пальцами перед самым лицом засмотревшегося Чарли.
– Так, хватит, постеснялся бы ты так пожирать её, глаза высохнут.
– А чего это ты так добр ко мне? – надулся тот и отвернулся к окну.
Снаружи стемнело, лишь свет от мотеля обрисовывал пространство. Новые машины после них не приезжали. Единственный новичок в округе – это рогатая сова, перебиравшая лапами на пикникном столике. Она в упор смотрела на их минивэн горящими глазами.
– Такое чувство, что она следит за нами, – постучал он когтем по стеклу. – Мало нам этих грёбанных... чудищ! Что это за нахрен летающие осьминоги?
Ответом был лёгкий смешок под кожаной маской:
– Я не удивлён их существованию.
– Да ну! Ты что-то знаешь про них?! – воскликнул Чарли.
...о да, я многое знаю...
– На Аляске есть предания о монстрах, которых называют «амикук». Обычно они живут в воде. Они не летают, но выглядят схоже, и тоже умеют нырять под землю. Странно, что наши «амикуки» появись и здесь...
Что-то неправильное произошло в этих лесах, пошатнуло баланс миров. Пока он не мог понять, что, зато когда он войдёт в них... Проклятая болезнь.
– А знаешь ли ты... происходили ли иные странные или попросту неприятные случаи в тех лесах?
Келли заметно воодушевилась, пусть ей и неведомо, зачем он спрашивает:
– Мне известно не так много... А вы про что именно?
– Про смерти, конечно, – сказал Майло, сохраняя проницательное спокойствие.
– Ну... Там умирали, было такое. Там была каменоломня в прошлом веке, а там и несчастные случаи, и так далее. Ещё там один безумец убил свою жену из-за наследства и пытался спрятать тело. Его казнили, а череп сделали экспонатом нашего музея в Элизабеттауне. Ходят слухи, что его призрак там и ходит с тех пор. Но, честно, я не понимаю, почему вам это интересно.
Куда уж ей. Она ни за что не поймёт. Отважная, но глупая девочка.
– Никогда не знаешь, что где найдёшь, что потеряешь...
Однако то, что она рассказала, лишь фундамент проблемы. Нестабильных мест, где происходит смерти, наслаиваясь друг на друга в истории, предостаточно по всему миру. Но далеко не везде это преломляет баланс.
Здесь не обошлось без магии.
2.
– То есть, ты так и будешь следовать за мной как тень, – констатировал Чарли.
Он злился не потому, что снова обнаружил Майло после очередного исчезновения сидящим в фургоне, как будто и не пропадал он вовсе. Складывалось ощущение, что Майло, не говоря об этом напрямую, требовал от него определённых действий в качестве искупления за прошлое, а Чарли понятия не имел, каких именно.
– Мы уже говорили об этом. Я не оставлю тебя до тех пор, пока ты не обретёшь покой и не найдёшь себе лучшее занятие...
– То есть то, что я оживлял призраков, это не моё занятие?
– Разумеется, нет! – встрепенулся Майло. – Хочешь услышать от меня очередную лекцию на тему, как опасна некромантия? Прибавляя жизнь другим, ты отнимаешь её у себя. И я в этом плане наглядный пример.
В этом Чарли должен был с ним согласиться.
– И чем же ты тогда мне предлагаешь заняться? – пошёл он навстречу.
Майло привычно закинул ногу на ногу и облокотился на колено.
– Есть два вида магии, врождённая и приобретённая. То, чем владею я – это врождённая магия. То, чем пытался заниматься ты – это приобретённая, но я поклясться готов, что есть в тебе что-то и врождённое... Нам лишь надо его найти.
– Я родился на кладбище, – вздохнул Чарли. – Смерть тянет меня, хоть я и стремлюсь к жизни.
– Значит, мы найдём этому лучшее применение.
***
Келли проснулась от громкого стука, как будто что-то упало на крышу фургона. Приподнявшись, она села, поджав ногу под себя, и обнаружила, что рыжий в маске с соседнего дивана куда-то пропал. Второй незнакомец по-прежнему спал, ничком свернувшись на водительском сидении.
Они оба странные. Да, они спасли её от монстров, но кто знает, что у этих фриков на уме. Да, она давно могла бы сбежать, пожелай она, напроситься в мотель, такой близкий, белея за окном... Да кто ей поверит: сначала на неё и друзей напали некие сверхъестественные существа, затем её спасли такие же сверхъестественные, чужие в этих местах люди, и вылечили все раны до последнего миллиметра кожи.
Очень всё странно... И потому она не отойдёт от них ни на шаг.
Келли выглянула во все окна в поисках человека в кожаном клюве. Несмотря на неуклюжую отчуждённость, на забавный спотыкающийся акцент, в том, как он заботился о ней, расспрашивал о случившемся, было что-то родное, как будто она знала его много лет. Прямо как своих друзей!