Легче дать им то, что они хотят, чем терпеть ежедневную осаду.
Кажется, Книстина вполне подходит на роль девушки. С ней хотя бы интересно. Невозможно предсказать, что она скажет в следующий момент. И она достаточно честна. В ней не было лицемерия, присущего девушкам из так называемого высшего общества. Она не набивала себе цену и вела себя естественно.
Он понял, что обманул себя. Обманул, когда оправдывал свое бездействие, нежеланием продолжать знакомство.
С самого начала она его привлекла.
Стоило признать, что брать телефон напрямую он не стал, потому что… потому что не был уверен, что ОНА захочет и дальше с ним общаться. Она не выглядела заинтересованной в нем, и Андрей вдруг осознал, что просто не хотел быть отвергнутым. Не хотел быть отвергнутым именно ею.
Андрей вспомнил, с каким видом она рассуждала, что между ними нет химии. Школьный предмет. Андрей усмехнулся. Надо же было такое придумать. И эта ее убежденность, что только пластические хирурги нормально зарабатывают.
Кажется, она говорила все, что приходило ей в голову. Самое странное, что это было… мило. Что-то в ней такое было, что притягивало и очаровывало.
Он не любил людей и с трудом терпел рядом с собой присутствие родственников. Кристина казалось той, кого он вполне смог бы выдержать поблизости от себя, дольше, чем пару часов. Даже просто узнать, какие еще странные мысли бродят в ее голове.
Андрей задумался. Все-таки с ней было что-то не так. Тамара уверяла, что ее воспитывали в строгости и что ее образование едва ли не превосходит его собственное. Она могла поддержать разговор на любую тему на трех языках. Когда ехал в кафе, Андрей ожидал увидеть серую и блеклую девицу, скучную, зажатую и уверенную, что вокруг все слишком тупы, чтобы оценить ее. Ему часто такие попадались.
Но Кристина оказалась…
Андрей еще раз посмотрел на фото в ее профиле. Пока фотографировал ее, на экране всплыло сообщение. Не то чтобы он лез в ее жизнь, но почему-то прочитал.
Чат назывался «СОШ № 20». СОШ… СОШ? Что за СОШ? Он попытался вспомнить содержание. Как же там было? «Не забудьте провести мероприятия на каникулах и прислать фото». Мероприятия на каникулах… Где могут быть каникулы? В школе. Ш – школа. Но какое отношение Кристина имеет к школе? Он не очень-то внимательно слушал, что Тамара рассказывала о ней. Но в хвалебных дифирамбах точно ничего не было про школу.
Андрей забил загадочные буквы в поисковик. Система ориентации шпинделя. Боже, что это? Если Кристина забыла название школьного предмета, то это даже не выговорила бы.
А, вот! Средняя общеобразовательная школа.
— Мы на месте, Андрей Викторович! – Водитель въехал на стоянку медцентра. – Вы всю дорогу улыбались.
От него нужно избавиться. С другой стороны… Уволит этого, дед пришлет другого. Сейчас он хотя бы знает, кто докладывает родственничкам о его жизни.
Андрей вскинул бровь:
— А мне нужно было плакать?
Водитель неловко улыбнулся и наконец припарковал машину.
Глава 4 (1)
Андрей вышел и поспешил к лифту. Этот медцентр был его детищем. Тем, что он создал сам, с нуля. Без участия клана и их денег. Результат превзошел все ожидания. К ним уже съезжались со всей страны. И это было только начало. Останавливаться Андрей не собирался. Он уже планировал новый проект – целый комплекс, где можно восстановить здоровье и отдохнуть. Что-то вроде скандинавских лечебных деревень. Работы было невпроворот, и все, чего он хотел, – сосредоточиться на своем новом замысле, а не ходить по бесполезным свиданиям. И уж тем более не срываться по первому требованию мэра, которого он и в глаза не видел.
Едва двери лифта разъехались в стороны, Андрей уловил встревоженный гул голосов и топот десятков ног. Он еще даже не успел выйти из лифта, а навстречу уже спешили две медсестры и уставший реаниматолог. Невдалеке маячила глава юристов.
— Анастасия Зимина, двадцать три года, алкогольное отравление и передозировка эфедрина. – Лена медсестра, понизила голос.
Вадим, заведующий реанимацией, ее перебил:
— Я ее уже откачал. Жить будет, но непонятно с кем.
Андрей усмехнулся, когда лица медсестер вытянулись. Юмор Вадима был отдельной темой в их медцентре.
— Андрей Викторович! – К ним подошла запыхавшаяся Светлана Дмитриевна, начальница юрслужбы. – Они хотят, чтобы все, абсолютно все сотрудники, и вы в том числе, подписали соглашение о неразглашении. – Она гневно потрясла стиснутыми в руке бумагами. – Делают вид, что не слышат меня! Как будто не знаю, что такие вещи нужно согласовывать заранее. Они протащили девочку через главные двери, на виду у всех, а здесь прописано, что мы понесем ответственность, даже если кто-то из пациентов обнародует информацию. За дуру меня держат! Думают, я не понимаю.