— Нет! – Тон матери говорил о том, что обсуждать дальше эту идею, не следует: результата не будет никакого. Кроме, возможно, очередного скандала.
— Мам, ее дом через дорогу! Мы с тобой будем созваниваться каждый день и…
— Яна… – Мать устало посмотрела на нее: – Ты уже забыла, как это может быть опасно?
— Не забыла! Потому что ты не даешь мне забыть и сама никак забыть не можешь. А я не хочу постоянно помнить об этом и жить в страхе. Мы уже достаточно боялись!
— Яна, это всего лишь предосторожность…
Теперь уже перебила Яна:
— Нет, мама. Это – мания. Столько лет прошло. Хватит все время думать, что он нас найдет. Я хочу нормально жить. Допоздна сидеть в кафе и ходить на свидания. Меня и так никто не приглашает! А из-за того, что мне нужно быть дома до семи, у меня вообще нет шансов с кем-нибудь познакомиться.
Не то, чтобы Яне этого так уж хотелось. Она все надеялась, что Артемий обратит на нее внимание, куда-нибудь позовет. Но для него она была всего лишь коллегой. Единственным ее шансом сблизиться с ним были школьные посиделки. Но и тут ничего не получалось – потому что когда начиналось самое интересное, ей приходилось уходить.
Даже сегодня, чтобы сходить на свидание с Андреем, ей пришлось наврать матери, что она задержится на репетиции мероприятия. Постоянно врать, да еще маме, Яна не хотела.
— Яна, ты еще так молода… – Мама отвернулась и пошла на кухню, тяжело вздыхая.
Яна внутренне сжалась. Когда мать заговаривала таким тоном, разговор заканчивался безудержными рыданиями.
— Мужчинам сейчас нельзя доверять. Я понимаю, ты думаешь, что не допустишь моей ошибки, но я тоже думала, что не ошибусь…
Яна сжала кулаки, мысленно себя подбадривая. Она должна! Должна постараться изменить свою жизнь.
— Мама, я вообще не живу! Надо мной уже все смеются, когда я отчитываюсь перед тобой по часам…
— Ну и пусть смеются! – Мать резко обернулась. Ее лицо исказилось гневом. – Они не пережили того, что пережили мы с тобой!
Яна тоже повысила голос:
— Но я не хочу постоянно вспоминать об этом!
— Откуда еда? – Мама с подозрением смотрела на коробку с пиццей, будто ожидала, что в любой момент из нее выскочит ужасный монстр.
Яна закатила глаза:
— На репетицию заказали доставку.
— Ты бы и дома могла поесть… Столько всего… Наверное, дорого…
Яна упала на стул:
— Мам, мы вполне можем себе это позволить. Я не хочу выглядеть, как какая-то безумная сектантка, когда отказываюсь от общих посиделок и…
— Яна, почему тебя это волнует? У тебя должно быть свое мнение, и если ты чего-то не хочешь…
Яна спрыгнула со стула:
— Я не хочу! Не хочу так жить! Мое мнение? Ты же на него наплевала. Кристина попросила меня о помощи. Пожить пару недель в супер-охраняемом доме. Мое мнение такое, что я должна ей помочь.
— Тебе подруга важнее меня? – Мать устало вздохнула: – Она подарила тебе сумку, и теперь ты считаешь, что должна ее «отработать»? Тогда это не подарок! Отправь сумку ей обратно и купи себе сама, раз так хочется. Тем более, у тебя, судя по всему, – мама небрежно толкнула пакет с едой из кафе пальцем, – появились лишние деньги.
Яна покачала головой, чувствуя, как к глазами поднимаются слезы:
— Никуда мы от него не сбежали. Он все еще с нами… И он до сих пор главный. Но я больше жить так не хочу.
картиночка из интернета
Глава 7. Почему мама не любила папу ℳ+ℱ=Х
Глава 7. Почему мама не любила папу ℳ+ℱ=Х
Яна сбежала в свою спальню и, хлопнув дверью, упала на кровать.
Возможно, просьба Кристины не стоила ссоры с матерью. Совершенно точно не стоила. Но только сейчас Яна поняла, как сильно устала так жить.
Она хотела семью. Хотела встречаться с мужчиной. Хотела чувств, эмоций, разговоров по вечерам, объятий и прикосновений. Было столько всего, о чем она мечтала.
Но не было того, с кем она могла это сделать.
Сначала она просто боялась. Была уверена, что все такие же, как отец.
Мама постоянно твердила, что никому нельзя доверять, и Яна привыкла жить с этой мыслью.
Но потом, когда они вырвались из того ада, которым руководил человек, которого приходилось звать «папа», оказалось, что жизнь яркая и шумная. В ней столько всего…
Яна помнила весь ужас жизни с отцом. Как ни старалась вытравить его из памяти, ничего не получалось. Со временем, правда, ей удалось, словно ластиком стереть воспоминания. Но тут, как с цветными карандашами. Начисто стеркой их не сотрешь. Изображение может лишь слегка поблекнуть, но не исчезнет полностью.