— Да я сам за него заплачу. – Артемий снова взъерошил волосы. Часы на его запястье хитро звякнули, словно насмехались над Яной. – Еще и приплатить готов, чтобы он от меня отстал. Просто согласись, умоляю. Пару часиков в кафе. Туда еще Люда собирается. И Настя. И Антон. Тебе же все равно делать нечего. Ну?
В шумной компании Яна сейчас не нуждалась. Ни капельки.
— Я же сказала, что занята.
— Чем это? – Артемий застыл посреди кабинета и скрестил руки на груди. – Все же знают, что у тебя никакой личной жизни. Какие кроме нее будут дела?
Это звучало… обидно. Очень даже. Как будто она прокаженная. Да, личной жизни у нее действительно не было. В том числе и из-за него.
Ложь вырвалась сама собой:
— С чего ты взял? – Перед глазами всплыло лицо, с четкими резкими чертами лица и невероятно пухлыми губами, которые иметь мужчине – преступление. Яна закинула ногу на ногу и ударила ногтями по столу. – Я вот недавно познакомилась с одним мужчиной. Он врач. Очень перспективный.
Артемий даже не пытался скрыть недоверие. Оно было настолько явно написано на его лице, что Яне стало еще обиднее. Да ну, в самом деле?! Даже если до этого она ни с кем не встречалась, не значит, что сейчас у нее не могло появиться парня.
Извините, уважаемый Андрей. Она мысленно попросила прощения у НЕ пластического хирурга, как про себя его называла, за то, что прикрывается им.
— Кончай гнать, а? – Артемий покачал головой, как будто был родителем, уставшим бороться с шалостями своего ребенка. – Личная жизнь! Сидишь тут после работы, упакованная во все пуговицы, не накрашенная и никуда не торопишься. А даже если и так. Вы же только познакомились, так? Хранить верность до гроба друг другу не обещали. Никто не запретит тебе встречаться с несколькими. Вон, сначала потренируешься на Сереженьке делать дыхание рот в рот, а потом продемонстрируешь перспективному доктору все свои умения. В пятницу. – Артемий указал на нее указательным пальцем. – После второй смены. Так и быть, поедешь со мной.
Он вышел, оставив Яну в полнейшем раздрае. Ни капельки ревности, ни капельки заинтересованности. Он вообще не видит в ней женщину? Упакованная во все пуговицы? Не накрашенная? Никуда не торопится?!
Она ему еще покажет. Он пожалеет о каждом своем слове!
Яна закрыла глаза. Воинственный запал тотчас угас. Ну и как она это сделает? Даже накрашенная и в модной одежде она вряд ли сможет привлечь его внимание. Если бы она ему нравилась, то ее внешность не имела бы такого уж большого значения. Ведь так?
Хотя, мужчины ведь смотрят на оболочку. В «книгах», которые «читают» они, важна обложка.
Телефон зазвонил снова.
Не открывая глаз, Яна пошарила рукой по столу, нащупывая вибрирующий смартфон. Вот он. Не глядя на экран, она поднесла телефон к уху.
И с чего он вдруг решил, что у нее нет никаких планов? Она же собиралась переезжать сегодня.
Но благодаря словам Артемия весь ее настрой пропал.
Уже гораздо менее воинственно Яна произнесла:
— Алло?
Бархатистый голос с завораживающей хрипотцой почти гипнотизирующе произнес:
— Здравствуйте… Кристина?
Господи, снова он.
Яна вздохнула:
— Это опять вы? Я же сказала: нет. Вы ошиблись номером.
Не дожидаясь ответа, она отключилась и все-таки заставила себя открыть глаза.
За окном дул ветер. В их старенькой, разваливающейся на части школе, до сих пор были допотопные деревянные рамы. Стекла в них встревоженно дребезжали от каждого порыва сквозняка.
Под этот аккомпанемент с деревьев слетали листья и, кружась, падали на землю. Блеклое холодное солнце, пробиралось сквозь поредевшую крону.
Красота… Яна повернулась боком и облокотилась локтем л спинку стула.
А может, ну его, этот переезд? Ну вот что изменится? Очевидно же, что она вообще не интересует Артемия.
Сама не зная почему, Яна почему-то подумала о несостоявшемся Кристинином женихе. Возможно, она ошибалась, но он смотрел на нее совсем не так как Артемий. Его глаза загадочно блестели, пугая и заставляя себя чувствовать не в своей тарелке. Но она хотя бы не чувствовала этого обжигающего ощущения пустоты и никчемности, которое овладело ею после ухода Артемия.
Как будто она была недостаточно женщиной.
По стеклу царапнула кривая ветка, и Яна испуганно вздрогнула. По коже вдруг пошли мурашки. Странное предчувствие медленно оплело все тело. Предчувствие чего-то неотвратимого. Словно скоро ее жизнь изменится.
От нее ускользало что-то важное, что-то значительное. В попытке ухватиться за утекающий момент, Яна вскочила со стула и принялась собирать вещи.